– Катюш, ты не преувеличила, когда сказала, что твоя мама Славку одобрила и даже нахваливала?
Этот вопрос и саму Катю беспокоил:
– Не преувеличила. Нахваливала. Даже после того, как я со свидания вернулась.
Светлана прищурилась сильнее, остальные затихли, внимая.
– Мы что-то упустили, девчонки, – вещала Света голосом медиума в отключке. – Может, Славка наш наркоман? Или шизофреник? Думаем, думаем! Какой еще может быть косяк настолько серьезным, чтобы возвестить о нем в самый душещипательный момент и тем самым отвадить Катюшу не только от Славки, но и ото всех мужиков надолго? Мне хуже героина ничего в голову не приходит, я вообще редко криминальные сводки смотрю…
– Ты про Славку говоришь?! – праведно возмутилась Катя, пресекая дальнейшие наговоры.
Но пресечь не смогла – Ольга мгновенно согласилась:
– Если в этом мире на что-то и можно полагаться, то на мнение Лидии Ивановны! Где мы прокололись? Может, к его родителям сгонять, допросить?
– Да вы чего?.. – обиделась Катюша. – Она просто думала, думала и передумала!
– Ну да, передумала, – Анютка даже зевать прекратила.
На это Кате возразить было нечего. Анютку мама называла раскрашенной под индейца болванкой, Ольгу – киллером-терминатором, а Светланку вообще считала умственно отсталой, раз у той хватило ума не только выскочить замуж сразу после школы, но еще и перекрыть себе пути для отступления сразу тремя способами.
В этот раз она просто отмахнулась. Кстати, а пусть проверяют и выведывают. Катюше всякая информация о любимом окажется полезной!
Вот только в понедельник утром ее прорвало – и в самый неожиданный момент:
– А можно понять, что человек сидит на героине?
– Я сказал, начинай второй подход! – заорал Сашик, поправляя штангу на ее плечах. – Двенадцать приседаний, или я тебе еще по блину с каждой стороны накину!
Катюша чуть присела, как будто в жалобном реверансе, и уточнила:
– Вот по взгляду, например? Или для убедительности надо паховые вены осмотреть? Я в интернете вчера читала…
– Я тебе прямо сейчас паховые вены покажу, если не начнешь приседать!
– Да поняла я, поняла… Спросить уже нельзя, сразу орать.
– Еще бы ты мне платила, – вдруг мягко, почти нежно улыбнулся символ мужественности и ходячая реклама протеиновых добавок.