– Стесняюсь спросить, Екатерина, а вы не пробовали для начала Климову прямо о своих чувствах сказать?
– О нет, – она снова растерялась. – На это не решусь. Или решусь, но когда сама буду твердо уверена, что стала такой, какой хотела стать.
– Вот это правильно, – вспомнил Игорь о своей цели. – Ни в коем случае нельзя принимать себя такой, какая вы есть! Эта мотивация для неудачников.
Она немного зависла, задумалась – возможно, Игорь немного перегнул. Потому спешно добавил:
– А знаете что, Екатерина.
– Как это – ради меня? – она выловила самое важное.
– Я уже говорил, вы моя правая рука. Если вам помогают все друзья, то почему бы не помочь и мне, если это в моих силах?
Игорь откровенно врал. Корпоратив в честь дня основания первой клиники в своей сети он проводил ежегодно, и все сотрудники знали об этой приятной традиции.
Екатерина забыла о кофе, приподнялась на ноги и снова рухнула на стул. А потом выдохнула:
– Игорь Валентинович… вы… человечище!
– Благодарю. То есть у вас впереди месяц до первого шанса. Успеете?
– Успею, успею! – заверила она, а глаза ее вновь заблестели ненормальным огнем, который он заметил еще во время собеседования.
– Не за что. Результаты все равно зависят не от меня. Кстати, вам очень идут… эти новые брови. Я вас сегодня не сразу узнал, так сильно вы изменились.
И теперь она смотрела на него с настоящим обожанием. Лишь бы не начать ржать.
Уже в офисе Игорь через открытую дверь кабинета с удовольствием слушал, как она общается по телефону с поставщиками оборудования. Не общается – песню поет. И что для его сети большая честь работать с такими партнерами, и что успех клиник – это предсказуемое следствие высокого качества предыдущей поставки и ничего другого, и что-то там еще, чего бы самому Игорю и в голову не пришло лить, потому что звучало чистейшей лестью.