Быть дочкой судьи значит иметь определенные преимущества. Связи. Тамаре не составило труда узнать многое о человеке, в котором она потонула…
Добровольно.
Она цеплялась за него, как за спасательный круг.
Мама как-то раз вспылила и сказала, что для девочки недопустимо унижение. Бегать за мужчинами последнее дело. Раньше Тома придерживалась такого же мнения.
Мальчики всегда оказывали ей внимание. С садика. Сколько Тома себя помнила, вокруг нее всегда «вились ухажеры». Так бабушка, посмеиваясь, говорила ей, наблюдая, как пацаны в песочнице таскают ей цветы.
Тома никого не выделяла. Ее сердце продолжало ровно биться.
Чуть позже повзрослевшей внучке бабушка сказала, что красота Томы роковая. Что из-за таких, как она, мужья уходят из семей. На что Елена Викторовна грозно фыркнула.
Бабушка у нее мировая, надо навестить, давно Тамара у нее не была.
Роковой красоткой она себя так и не почувствовала. Наверное, принимала то, что дано природой, как данность.
И не думала, не гадала, что единственный мужчина, чье внимание для нее окажется жизненно важным, останется равнодушным.
Хотя в последнее Тамара тоже особо не верила. Вот не верила, и все тут. В ней могла говорить излишняя самоуверенность, но это было не так. Тома трезво смотрела на вещи, на обстоятельства. И она ловила на себе взгляды Тихонова.
Только толку-то…
Тома откинулась на спинку подоконника и вспомнила, как они впервые очно познакомились.
Лицо Жени в тот момент она вряд ли забудет.
Он с другими парнями выходил из спортивного комплекса, где у них проходили тренировки.
Увидев их, Тома поспешила открыть переднюю пассажирскую дверь и достать длинноствольные розы. Сто одну штуку. Букет был тяжеленным. Если продержать его дольше минуты, руки ощутимо напрягались.
Естественно, девушка отлично знала, как выглядит со стороны и что ее сложно проигнорировать.
Поэтому не удивилась, когда кто-то из мужчин восхищенно заулюлюкал.
Она же смотрела только на Женю.
Тот остановился. Впрочем, как и другие парни, когда увидели, как она идет к ним.
– Добрый вечер, – стараясь сохранять видимое спокойствие несмотря на то, что сердце истошно колотилось в груди и готово было выпрыгнуть и покатиться по асфальту, сказала девушка, приветливо улыбаясь. – Евгений, это вам.
Бабушкино воспитание давало о себе знать.