Говорил, что из уважения, но стоило мне там появиться, как сразу набегало много желающих общнуться со знаменитым полевым командиром Корокоттой. Само собой, каждый покупал вино и закуски и угощал всех, кто сражался с римлянами. Так что Дей с лихвой отбивал все расходы на меня. Самое забавное, что ненависть абсолютно не мешало аборигенам вести дела с римскими купцами. Типа они с нами не воюют. Кантабры еще не ведают, что иноземный купец — это первые первый всадник апокалипсиса. Через какое-то время, воспользовавшись его разведывательными данными, прискачут остальные три в виде вражеской армии.
Как-то приехал я в Вересуэку, искупался в море, хотя уже было не жарко, вода бодрила. Затем помыл в реке коня, протерев мочалкой из ячменной соломы. Буцефал, не привыкший к таким нежностям, сперва недовольно фыркал, но потом распробовал и угомонился. Высохнув, отправились неторопливо к мини-таверне. Я вел коня на поводу, чтобы снова не провоняться им.
На входе столкнулся с довольно красивой девицей, темно-русой и голубоглазой, одетой скромненько, в небеленую шерстяную тунику, перехваченную пояском, сплетенным из каболок красного, зеленого и синего цвета.
Я поздоровался, как положено воспитанному человеку, она ответила, улыбнувшись. Слово за слово, и дальше пошли вместе. Ей было по пути. Вересуэка настолько мала, что, в какую сторону ни иди, все равно будет по пути. Звали ее Дилин (Вышедшая из моря). Прямо, как я.
— Я была уверенна, что что-нибудь случится, и мы не станем мужем и женой, — призналась она.
— А насчет нас с тобой у тебя есть какая-нибудь уверенность? — шутливо поинтересовался я.
Она смутилась, порозовев щечками и кончиком носа, и сообщила:
— Пока никаких."
"Возле мини-таверны Дея мы попрощались.