— Чем пожилой мужчина, пенсионер, показался вам подозрительным? — блестя золочеными очками, спросил он.
— Ну…
Вопрос застал Звягинцева врасплох.
— Иногородний, в нетрезвом виде, бесцельно находится в городе…
— Минуточку, свидетель, а это что, запрещено? — не отставал адвокат.
— Я объяснил, что был у врача, — сказал подсудимый. За прошедшее время он побледнел и осунулся. — И справку показал, и пенсионное удостоверение. И про то, что пива выпил, тоже сам рассказал. И никаких патронов у меня не было.
"— Подсудимый утверждает, что вы подбросили ему патроны. Это так? — снова вступил адвокат.
— Нет, конечно! Зачем мне это? Сумку Иванов постоянно держал в руках, она осматривалась с его согласия, и в присутствии понятых. Подкинуть патроны было невозможно!
— Скажите, свидетель, а зачем Иванову было носить с собой патроны? Тем более, что при обыске у него дома никакого оружия не обнаружено!
— Не знаю… Думаю, об этом лучше спросить самого подсудимого, — нашелся участковый.
— Еще есть вопросы к свидетелю? — спросил судья.
— Как вам не стыдно, молодой человек, — сказал Иванов. — Вы сразу стали мне «тыкать», а ведь я вам в отцы гожусь! И эта провокация… Я буду жаловаться Президенту! Бог вас накажет…
На улицу Звягинцев вышел весь мокрый.
— Ну что ж, боевое крещение прошел, — подумал он. — Не так страшен черт, как его малюют.
Об Иванове он не думал. Но к вечеру узнал, что ему дали два года условно и выпустили из-под стражи.
— Вот и хорошо, — сказал, узнав об этом, Сан Саныч. — И волки сыты, и овцы целы! А ты переживал!
«Действительно, — подумал Звягинцев. — Надо или работать, или переживать. А раз я выбрал работу, про переживания надо забыть!»
Глава 4 ГИБДД. Колтунов
Южный пост стоит на высоком правом берегу Дона, на холме и двухметровом фундаменте, возвышаясь над шоссе основательно и непоколебимо, как сторожевая башня, контролирующая трассу, идущую через мост на Левобережье и дальше — к Черному морю, мятежным республикам Северного Кавказа и ставшим суверенными государствам Закавказья.