Ближе к вечеру его окликнул Вепрев:
— Слышь, Американец, тормозни вон того «мерина»! Он пересек сплошную внаглую! Это минимум две-три «штуки»!
Колтунов резко выставил жезл, и темно-синий «мерседес Е-класса» прижался к обочине, тонированное стекло поползло вниз. За рулем сидел грузный молодой парень с наглым лицом.
— Извини, командир, на встречу опаздываю! Вот, возьми, и разойдемся!
В водительском удостоверении лежали пять тысячных купюр.
«Денег без счета, вот и творят, что хотят!» — подумал Колтунов.
Он заставил водителя выйти из машины, проверил документы, осмотрел багажник.
— Счастливого пути! — сказал сержант, вынимая купюры и возвращая документы. Водитель улыбнулся.
Вернувшись к коллегам, Колтунов протянул деньги Кабану.
— Не три, а все пять отдал!
Вепрев и Сидорчук многозначительно переглянулись. Колтунов понял, что его проверяли: не крысячит ли? Но внешне своего понимания никак не проявил: хлопнул ресницами и безразлично уставился на дорогу."
"— Теперь вон того тормози, он скорость превысил, — сказал Вепрев.
Он двинулся наперерез очередной фуре.
Каждый сотрудник поста знал свой маневр. Капитан Смирнов, заканчивая инструктаж перед сменой, всегда сурово сводил брови:
— И чтобы мышь не проскочила!
— Не проскочит, товарищ капитан! — обязательно откликался Вепрев, демонстрируя начальству энтузиазм и энергичность. — Загрызем любую…
Но мышей инспектора не трогали — охотились на крупную дичь. На Южном посту все имели свою узкую специализацию — и по грузам, и по направлению движения.
С фурами и челночными автобусами работали старший инспектор Сидорчук и инспектор Вепрев. Судя по тому, что капитан Смирнов всегда ставил их в пример, работали хорошо. Дальнобойщики выходили из высоких кабин, улыбчиво, по-приятельски жали инспекторам руки, показывали для проформы документы, но все, что надо, уже было передано из ладони в ладонь и спрятано в карман форменных брюк.