— Ладно, пиши: личным сыском произвести поиск фигурантов по розыскному делу «Налетчики», сроки исполнения: понедельник с пятнадцати до восемнадцати, среда — с семнадцати до двадцати. Провести встречи с агентурой и доверенными лицами на предмет получения оперативной информации по РД «Налетчики»: вторник — с четырнадцати до восемнадцати, четверг — с шестнадцати до двадцати…
Через пять минут план был готов и довольный Самойлин отнес его Сивцову.
За месяц Вадим произвел три задержания, только выглядели они по-разному.
— Рэкет наехал на ларьки у ипподрома! — нервно сообщил по селектору майор Литовко. — Возьми кого-нибудь с собой — и быстро на выезд! Машина ждет!
Они с Сухаревым сбежали по лестнице, прыгнули в «УАЗик» с включенным двигателем, и сержант Пестиков резко рванул с места.
— Должны успеть! — азартно крикнул водитель. — Никуда не денутся!
И действительно, у коммерческой палатки, торгующей пивом, чипсами и сигаретами, они застали двух парней с наглыми мордами.
— Вы что, совсем страх потеряли, ублюдки? Забыли, чья это территория?
Задержанных доставили в дежурную часть, написали рапорта, Литовко вызвал дежурного следователя, тот возбудил уголовное дело, и через два часа подозреваемые уже парились в ИВС. Вадим испытывал приятное возбуждение и удовлетворение от столь слаженной и эффективной работы.
— Повезло сегодня — и «палки»[11] срубим, и премию получим!"
"Через несколько дней окрыленный Вадим вычислил в автобусе карманника и, когда тот вытащил из женской сумочки мобильный телефон, попытался задержать его с поличным. Но преступник оказался юрким, вертким и дерзким, телефон он сразу сбросил и оказал сопротивление: вырывался, кусался и царапался, орал, что болен СПИДом и заразит всех вокруг. Вадим боролся с ним на грязном полу и призывал граждан помочь милиции, но граждане только шарахались в стороны и отворачивались с безразличным видом.
Дежуривший в тот день капитан Гостев изумленно вытаращил глаза:
— Что с тобой, Самойлин? А это кто такой?
Вадим рассказал, но Гостев только головой покачал:
— Я его не приму…
— Как не примете? — возмутился Вадим. — Почему?
— Да потому.