Я только по легковушкам…
— Ну, тысячу, ну, три, ну, пять… А когда пропускаешь машину по специальному списку, за это совсем другие деньги положены! На этих деньгах вся наша Система строится! Не каждый пост входит в Систему, а Южный — входит! Это тут купюры в чемоданчик укладываются и в Москву отправляются! Вот и получается денежный поток в Центр! А вниз идут поощрения, должности, звания… А главное — благорасположение большого начальства! Поддержка на все случаи жизни!
Мотовилин усмехнулся.
— Вот наш Смирнов — он вроде простой мужик, из деревенских, выше капитана не поднялся… Но это только видимость! У него такая поддержка — не поверишь! Если он даже пост спалит по пьянке, — и то ему ничего не сделают.
Сергей икнул.
— Честные потому что!
— Не прикалывайся! — свел брови Аксакал. — Потому что ценят его на самом верху, пост-то наш!
— Неужто предупредили?!
— Конечно! А иначе влетели бы, как все остальные!
— Ну и ну… Секретная операция, такого уровня… Где Южный пост и где Министерство?
— Вот и думай, соображай, — Иван Степанович пожевал губами. — Ты про Фетисова слышал?
— Нет, — как можно естественней ответил Сергей и покачал головой.
"— Комбатом работал до Симакова. Что-то он с Системой не сросся, вскоре после назначения подал рапорт о переводе… А на другой день разбился вдребезги на служебной машине…
Аксакал многозначительно вытаращил глаза.
— Тормоза отказали…
— Не понял, — встряхнулся Колтунов, отгоняя опьянение. — При чем рапорт и тормоза? Как Южный пост и Министерство?
— А никто и не говорит, что при чем. Просто сообщаю тебе, как в жизни бывает! И запомни: через Южный пост такие «бабки» идут на самый верх, что работать тут должны только проверенные люди, полностью свои, короче.
— Да я уже все понял! Только сколько можно испытывать?
— Сколько нужно. Обязательно на отсутствие совести проверят, потому что от совести ведь одни неприятности…
— Это что за проверка такая? — насторожился Колтунов.