Логично вроде, но проблемы возникли сразу же. Были несогласные, их пришлось убеждать. И появились те самые мелкие банды, человек по пятьдесят-сто. Эти оказались самые зловредные. Их мочили по всему пригороду. Сразу мочили, ничего не поделаешь, они же круглосуточно на наркоте... Обычно их убивали на ходу, реже ловили и показательно ставили к стенке, а те все не кончались и не кончались, представляешь?.. День за днем их хреначили, день за днем! А ты говоришь — снаряд не залетел. Да я уцелел чудом! У меня вообще-то офис был не здесь! Просто нет уже того офиса.
Леха понимающе кивнул."
"— Сочувствую, — сказал он. — К сожалению, всегда так. Когда частники заходят на территорию и берут ее под контроль, неизбежен короткий период безвластия, и местный криминалитет этим пользуется. Но сколько я видел справок об операциях частных компаний, преступность всегда давили рано или поздно. Вплоть до полного уничтожения. Защита мирных от разбоя прописана в кодексе ЧВК. Понятно, тут есть некое лицемерие, ведь главное чтобы бандиты не мешали боевой работе, но такова жизнь.
Лоренцо уставился на него.
— Какие частники, ты, ученый? Ты меня вообще услышал?
— Ну... Понимаю, что «Ландскнехты» этим не занимались, им надо было сначала превратить центр в укрепрайон, но когда «Кибернетика» заняла пригород, она должна была...
— Очень трогательно. «Кибернетика» заняла пригород! Какой милый наивный расизм, — протянул Лоренцо подчеркнуто спокойно.
— Пардон?..
— Ну, когда несколько тысяч белых понаехало из самой Европы, кого волнует миллион черных, да? Их дело маленькое, бояться и молиться. Если белые парни решили, мол Абуджа клевое место, чтобы стрелять друг в друга из больших пушек, — черными можно пренебречь. Они ведь не начнут стрелять из маленьких пушек, верно?
— Каких пушек? — пробормотал Леха обескураженно.
— А еще из гранатометов, ПТРК, пулеметов и так далее...
— Но... Кто им позволил?
— То есть... Кто позволил? — Лоренцо непритворно удивился.