— Нереально. Время, — отрезала Элис.
И будто вторя ей, в рюкзаке запищал тональным сигналом воки-токи."
"— Надо же, как совпало, — она взяла со стола планшет. — Если бы ты режиссировал этот спектакль... А? Драматургия!
— Погоди, ты куда, я же главного не сказал... — беспомощно залопотал Леха.
— Куда... Фильтры ставим — и вперед, к победе. А у тебя, извини, что ни слово, то главное. Толстоевский!
— Фильтры... Почему так скоро?
— Комиссар торопится, — напомнила Элис. — И я тоже. Мне в Африке еще вчера надоело.
— Ох, черт, ну дождись хотя бы полнолуния! В полнолуние Йоба выползет сюда, в дендрарий, под самую гору!
— Да не боюсь я твоей Йобы, — отмахнулась Элис, вставая. — Пока она перезарядится, «Всадник» на крейсерской скорости пройдет метров триста. А на рывке все пятьсот. Чего смотришь? Угадала?
— А первый выстрел тебя не волнует?
— Не попадет. Я пролечу мимо нее как ветер, — Элис набрала какой-то код на панели воки-токи, повесила рацию на пояс и ушла к «биноклю».
Леха обреченно смотрел на кувшин.
— Ничего у меня не получается в этом городе, — пробормотал он. — И вообще в Африке. И вообще. Ладно... Эй, валькирия! Тут один человек, который знает о варзоне практически все, просил тебе передать. Если подобьют, не пробуй залечь или отступать. Сразу беги в глубь зоны. Роботы тебя не тронут. Они не стреляют в молодых белых женщин. Ясно? Когда пересидишь стрельбу — выходи на восток, сюда, к горе. Дальше по обстановке. Есть слабая надежда, что твоей эвакуацией озаботится мой источник.
— Ну вот видишь, — сказала Элис, звякая штативом. — Я же говорила, что в тебе не сомневаюсь. Какой ты молодчина-то.
— Э-э...
Она уже стояла рядом, с рюкзаком на плече.
— Рада была познакомиться. И, знаешь, до глубины души жаль, что не смогу взять тебя в ООН. Было бы здорово работать вместе. Но мне просто не позволят держать в офисе русского шпиона.
Она пошарила в рюкзаке, достала бесформенный красный комочек и бросила на стол.
— Заслужил.
Леха даже не поднялся на ноги, чтобы попрощаться. Он только натянул козырек бейсболки ниже бровей.