Ты молодой еще, жизни не знаешь, будь с ним внимательней. Он тебя продаст и купит, и снова продаст в два раза дороже. Мы, американцы, редкие негодяи, если нам разрешить плохо себя вести. Если оторвать от родной почвы и забросить куда-нибудь в жопу мира, мы расслабляемся, и из нас такое наружу лезет... — он щедро, даже чересчур, разлил джин по стаканам. — Сам пугаешься, какое такое лезет!
И, не дожидаясь, пока Леха добавит себе тоника, не чокаясь и без тоста, стремительно высосал все до дна.
— Вот! — пропыхтел он, отдуваясь.
— Подумаешь, я тоже так могу, — неосторожно бросил Леха.
— П-покажи! — неожиданно пьяным голосом потребовал Лоренцо.
Леха взвесил в руке полстакана чистого джина, вспомнил Лимпопо, подумал, как здорово было бы сейчас оказаться там в тенистом уголке на задворках русского консульства, вздохнул — и медленно, спокойно, плавно выпил.
Нет, не бензин; даже у горячего бензина отдушка бодрая, а тут форменное дизельное топливо — маслянистое, тягучее, недаром его зовут тяжелым.
— Все-таки запью, — сказал он сипло и взялся за тоник. — Уфф... А куда вы в Лимпопо? Чем займетесь?
— Ты сядь хотя бы... Ну силен, уважаю... А зовут меня в управление информации, давно уже зовут.
— Спасибо, присяду на минутку... Значит, будете работать у Бэзила Ндоу? Привет ему передавайте от Филимонова из Москвы.
— А ты...
Леха сунул руку за воротник и достал амулет — зуб крокодила, оправленный в серебро.
— Ах вот как, — Лоренцо кивнул. — Значит, ты — тот парень. Тот самый русский парень.
— Я не нарочно, так получилось, — честно сказал Леха, пряча зуб.
— Вот уж не удивил. Понятное дело... Это Африка, здесь что угодно может приключиться с белым человеком. В основном конечно гибнут. Нелепо и глупо. Пьянство, болезни, незащищенный секс, непонимание местной специфики.
— Прикинул по карте. Вот, допустим, варзона, — Леха положил на стол ладонь. — А вот мэрия... — он ткнул пальцем. — Здесь полиция. Здесь ставка Муделе Бабы. Ну и ваш офис. Все почти на одной линии. Довольно? Мальтийцы отодвинулись подальше, но я их не считаю, они засели в аэропорту потому что в ангарах удобно развернуть госпиталь.