- Я отнесу ее, - произнес Элизайр, а я запротестовала, но меня обмотали покрывалом и понесли в сторону кровати.
Вокруг меня столпились все, а я чувствовала, как после тепла ванны. Меня укрыли одеялом.
- Господин ректор, можно вас попросить? - обратился Гербальд к Элизару. - Не могли бы вы проконтролировать, чтобы она поспала? А то нас она совсем не слушает…
- Да, - кивнул дракон, подтаскивая кресло поближе ко мне.
Гербальд и Матильда покинули комнату, а я лежала, пытаясь отогнать страшные мысли.
Уже в полудреме, я почувствовала, как меня кто-то гладит по лицу. Я потянулась за рукой, даже не отдавая себе отчета, и прильнула к ней.
- Вот как такое прекрасное создание могло выбрать Северина? - послышался тихий шепот. - Вот как ему могло достаться такое сокровище?
Я слышала голос, словно вдалеке.
- Никому не отдам, - послышался шепот - дыхание, а моих губ едва-едва коснулись чужие губы. - Надо же… Похитила меня… Меня освободила, а сердце - нет. Разве так можно?
- Господин ректор, - послышался скрип двери. - Нам нужна ваша помощь. Мы устроили генеральную уборку в кабинете хозяина… Она немного похожа на обыск....
- Иду, - громче произнес ректор, а я услышала скрип кресла. Словно с него кто-то встал.
- Знаешь, Гербальд. Я поначалу подозревал тебя в том, что ты замешан в этом деле, - заметил Элизар.
- О! Я не удивлен. Чуть что, все начинают подозревать дворецкого! Это уже традиция! - заметил насмешливо Гербальд. - Какой роман не открой, везде одно и тоже! Убийца - дворецкий!
- Не знаю - не знаю, - заметила Матильда. - Ни разу не встречала! В романах, которые я читаю, все дворецкие - любовники!
- Погодите, когда вы говорили, чтобы я поступил, как настоящий дворецкий, вы имели в виду не убить вас? - осведомился Гербальд.
- Как вам не стыдно, - голос Матильды показался смущенным. - Я с вами больше не разговариваю! Вы только что бросили тень на мою идеальную репутацию!
- Ах, мисс Пудингтон! - заметил Гербальд. - У нас у всех теперь очень неидеальная репутация. На нас четырех похищения! Мы с вами - преступники!
- Я имею в виду репутацию женщины! - заметила Матильда.