Жарко топили во всех комнатах печки, и дедушка всегда ругался, что тратим слишком много дров. Потом умерла бабушка. Через два года после нее умер дед. Еще через три года – мать. Тогда я уже познакомился с Ангелиной… С этой сучкой!
Я включил зажигание, развернулся, заехав к себе на участок (часть забора, выходящая на улицу, была снесена начисто).
– Вон, гляди. – Я указал Ворсистому на соседский дом. – Здесь и жила эта баба. Смирницкая.
– Из-за которой тебя попалили?
– Из-за которой я сломал себе жизнь. Впрочем, при чем здесь она-то? Есть другие.
– Я тебе помогу, Коста.
– Опять Коста. О чем предупреждал?
Мишка развеселился.
– Миль пардон, Знахарь. Не хотел вас обидеть. Мамой клянусь, как только приеду домой, сразу буду тренироваться, как вы учили.
Через час мы с Ворсистым были у меня дома. Чувствовалось, что к моему приезду квартиру готовили.
Я обнаружил набитый под завязку холодильник, полный бар, постельное белье во встроенном шкафу в спальне, посуду на кухне.
– Не верю.
Ворсистый у меня за спиной развеселился.
– Завтра все поймешь, Знахарь. И во все поверишь. Вот соберемся, расскажем тебе, что творит этот Хопин… Он по беспределу обнес братву уже лимонов на двадцать зеленых. И продолжает, собака. Что для общака пара сот тысяч тебе на «мерс» и квартирку, если сумеешь замочить эту суку? Ведь сэкономим тогда куда больше.
Но вместо этого я отобрал у Ворсистого сотовый телефон и набрал номер телефона своей бывшей квартиры. Мне не терпелось начать действовать, но я боялся напороться на АОН и засветить свой телефонный номер. Звонки же с мобильника, насколько мне было известно, АОНом не отслеживаются.
Никаким АОНом там и не пахло.