Серега перекинул налуч c запасным луком (первый был приторочен к седлу Пепла), накинул тетиву, сдвинул на бедро тул со стрелами… Черт! Чей-то меткий удар разрубил кожаный колчан, и теперь почти все его содержимое годилось только на растопку. Из тридцати стрел уцелели только две.
– Варяг!
Духарев повернулся.
Светлобородый. Лицо – в разводах копоти, пота, пыли и крови, но сразу видно, что нурман.
– Ты откуда взялся, варяг?
– Да вот ехал мимо с друзьями! – Сергей ухмыльнулся.
Его физиономия была в такой же «маске», что и у нурмана, а усы – такие же грязные, как нурманова борода.
– Решил заглянуть… на огонек! Ты не против?
Нурман тоже ухмыльнулся: белые зубы блеснули на закопченном лице.
– А друзья, что же, побрезговали нашим гостеприимством?
Серега пожал плечами:
– На подворье у вас… тесно очень.
– Тесно,– согласился нурман.– А вас – много?
– Было бы много – так и на подворье сразу бы свободней стало,– отозвался Духарев.– Ладно, хорош лясы точить. С припасом у вас как? Стрелы есть?"
"– Были.
Высокий потолок был сложен из камня, аркой. На второй уровень вела лестница. Вернее, теперь уже не вела. Ее обломки валялись на земляном полу, а из квадратной дыры сыпалась вниз тлеющая труха.
– Не против, если я возьму у него? – Духарев наклонился к убитому, у которого в колчане еще оставались стрелы.
– Возьми,– кивнул нурман, собрался было отойти, но снова повернулся к Духареву, сказал сумрачно: – Бери все, что хочешь, варяг. Скоро и тебе, и нам уже ничего будет не надобно.
– Это еще поглядим,– возразил Духарев.– Надеюсь, мои предки еще годик-другой обойдутся без меня. Да и твои – без тебя.
– Я умру сегодня,– четко произнес нурман и пошел к своим.
– Это дело твое,– пробормотал Серега.– Лично я пока умирать не собираюсь.
По обе стороны от входа поднимались к бойницам сложенные из кирпича лестницы. Духарев прикинул, откуда лучше обзор, решил, что слева, – и полез наверх по узким ступенькам.
Глава двадцать третья
В горящей башне
Прошло около двух часов.