Страшнее всего было осматривать лицо в потертый экран старого смартфона. Но, к счастью, тут тоже все не так плохо – разбитая бровь и нижняя губа, да синяк на скуле. Можно сказать, отделалась легким испугом. Почти не пострадала.
Вообще придуряюсь.
Лёшка заходит в палату тихими шагами, хотя я не сплю и провожаю его взглядом. Замирает недалеко от кровати. Несколько мгновений молчит. Потом тяжело вздыхает и произносит:
- Как ты?
- Нормально. – Выдавливаю я, чувствую предательский комок в горле.
Не нормально. Я – не нормально.
Но об этом лучше молчать.
- Вот. Это тебе. – Он протягивает небольшой сборный букет, завернутый в розовую бумагу.
Ненавижу розовый.
Ненавижу эти цветы.
Этот его напомаженный вид.
Ненавижу.
- Оль, я поговорил с врачом… - Говорит он вкрадчиво. – Серьезных повреждений нет, кроме сотрясения… - Выдыхает с шумом. – Думаю неделю, не больше, и ты сможешь вернуться домой.
Я поднимаю глаза на человека, которого будто впервые вижу.
- Куда?
Мы встречаемся глазами.
- Оля, я люблю тебя…
- Я не вернусь в ту квартиру Лёш."
"Почему? Почему я не могу сказать ему сразу? Зачем начинать издалека?
Зачем так трудно произносить слова, которые должна сейчас сказать ему?
- Что это значит?
Он спрашивает напряженно, но без злобы, что даже немного сбивает меня с толку.
- Я не вернусь к тебе.
Лёшка открывает рот, чтобы что-то на это ответить, но в этот момент комнату наполняют звуки входящего вызова на моем телефоне.
Мы секунду обескуражено смотрим друг на друга.
Видимо, моя реакция четко отразилась на лице, потому что Лёша молча подходит, тянет ко мне руку и мягко, но настойчиво забирает из ладони поющий женским голосом на английском языке телефон. Нажимает кнопку «Ответить» и, не прерывая зрительного контакта со мной, прикладывает к уху:
- Слушаю.
Абонент на другом конце провода что-то говорит, заставляя моего мужа нахмурить брови.
- Нет, к сожалению, не можете.
Снова слушает.
- Оля сейчас в больнице. Произошла авария, после того, как она возвращалась со встречи с Вами. Она не в том состоянии, чтобы это обсуждать.
Его взгляд становится холодным.
Но я не чувствую страха.
Здесь он не сможет причинить мне вреда, и я так четко вдруг это осознаю, что нахожу силы подняться на кровати и, протянув посиневшую руку, выхватить смартфон из рук ничего такого не ожидающего мужа.