Опять Ефиминюк дежурит, понял Иван. Блин.
— Отставить! — Иван перешел на спокойный командирский тон. — Пароль! Слышите? Пароль: свадьба!
Пауза.
За это мгновение Иван, покрывшийся холодным потом, десять раз успел решить, что Ефиминюк его все-таки пристрелит. Самое время. Везет мне, как… Просил же, подумал Иван в сердцах, не ставить психов в дозоры. «Людей не хватает, Иван, сам понимаешь…» Так, кажется, говорил Постышев? Угу. Если меня этот идиот накроет очередью, людей у нас будет хватать капитально. Все дыры закроем… моими окровавленными останками.
— Пароль: свадьба! — крикнул Иван еще раз, уже не надеясь, что его услышат.
Молчание.
— А кто идет? — спросили оттуда наконец.
— Жених идет! — ответил Иван.
Еще заминка. Потом негромкий «клац!». Пулемет сняли с боевого взвода.
— Иван, ты шо ли?
Иван хотел выматериться в голос, но сил уже не было, да и злобы тоже.
— Я.
— Тю! — сказали с блокпоста.
Вот тебе и «тю».
— Выруби свою лампочку, я тут ослепну сейчас!
Вымокший, в желтой глинистой грязи с головы до ног, Иван дотопал до блокпоста и оглядел вытянувшегося Ефиминюка.
— Кто старший дозора? Почему один?
— Так это… — сказал Ефиминюк. — Я это…
— Кто старший? — повысил голос Иван.
Ефиминюк замялся, начал прятать глаза.
— Сазонов набольший, — признался наконец. — Ты уж звиняй, командир, за пулемет.
Так. Сазонов, значит.
— Кто позвал?! — резко спросил Иван.
— Да я шо, крайний? Не знаю.
— Распоясались, — сказал Иван. — Ничего, я с вами разберусь.
Он отодвинул Ефиминюка в сторону, перелез через мешки с песком. Пошел к свету. Василеостровская станция закрытого типа, поэтому на ночь все двери запирались, кроме двух — одна ведет на левый путь, другая — на правый. Иногда выставляли дозор и на служебную платформу, которая находится дальше в сторону Приморской — но не всегда.
Сегодня же обычный дозор, контролирующий туннель, облажался. Это называется Феномен Бо — на жаргоне диггеров. Когда косяк допускает тот, от кого этого никак не ожидаешь. Ошибка резидента.
Сазонов — ты же битый волчара, ты-то как умудрился? Расслабились, блин.