Они отошли в дальний угол, покосились на меня (шпиёнки, прастигоспади) и принялись шептаться.
– Ева, тебе не кажется, что ты как-то неправильно его соблазняешь? – спросила готесса.
Бугага, какая гениальная мысль!
Ведьма вздохнула, потерла лоб и вдруг ответила чуть не плача:
– Да я вообще не представляю, что дальше делать! Все как-то по-дурацкому получается. Я испортила даже то, что раньше еще хоть как-то работало…
– То есть тебе все же было что портить? – с мрачным сарказмом уточнила Полина. – Ладно, не хнычь.
– Какая-то она странная…
– Возможно, – не стала спорить Полина. – Но ведь тебе стало легче? Ну? Теперь собери волю в кулак и топай обратно на ринг… ну то есть на полотно! Видишь, он пока от тебя не убегает? Значит, шанс есть. Только, подруга, ради бога, попытайся расслабиться! А то ты на прошлом фото ему так в руку вцепилась, словно пыталась ее сломать!
– Да я аккуратно! – покраснела Ева.
– Действительно?! – изогнула бровь готесса. – А чего ж он ее до сих пор потирает?
Тут я не выдержал и демонстративно коснулся пострадавшей конечности. Ева покраснела еще сильнее:
– Боже, какая неженка!
Я чуть на ровном месте не споткнулся: «неженка»?! Хорошо, что в этот момент смотрел в другую сторону. А то по моему офигевшему лицу Ева точно бы поняла, что я ее слышал.
– Не-а, девочка моя, – хмыкнула Полина. – Тут дело не в нем.
– Потому что любишь издеваться над слабыми друзьями? – задумчиво предположила Ева.
– Кто тут слабый?! – округлила глаза готесса. – У тебя, Ева, в экстренных ситуациях прорезается просто нечеловеческая сила! А еще ловкость, скорость, зрение и соображаловка, между прочим. Только ты всем этим пользуешься редко. Чаще всего просто тупой силой. Прямо не ведьма, а русский богатырь какой-то.
– Слушай, – пошла на попятный Ева. – А может, ну его? Ну не получается – и ладно.
– Ну уж нет! – решительно топнула ногой Полина. – У нас есть еще неделя, пока твоя мать не вернется, чтобы добиться результата! И мы, черт подери, его добьемся!
Я аж обернулся – таким тоном это было сказано. Неделя?! Неделя попыток Евы?! Блин, мне нужна броня!
С другой стороны, это был знак. Сообщение свыше, что пора все брать в свои руки. Ведь то, что она делает, – это не соблазнение.