Так что свинюшка Малыша Ричарда так же надёжно охраняла своё сокровище, как Форт-Нокс — золотой запас США.
Малыш, бывало, целыми днями тряс копилку, перевернув её вверх ногами, надеясь, что монетка как-нибудь выскользнет в тонкую щёлочку. В этих тщетных попытках он провёл уже несколько лет.
— Она выскочит оттуда тогда, когда сама захочет, — объяснил мальчику Джикс. И тут же вопреки собственным словам хорошенько потряс хрюшку.
Джил, присутствовавшая при этом разговоре, с сомнением заметила:"
"— Ты рассуждаешь так, будто у монеты есть собственный разум.
— Не разум, — поправил Джикс. — Цель. Нет ничего такого, что существовало бы бесцельно.
Джил криво усмехнулась:
— Это тебя твои боги-ягуары надоумили?
Джикс понимал, что Джил рассчитывала задеть его, но предпочёл не обращать внимания на её потуги.
— Нет, — ответил он. — Моя мама.
Джил осталась невозмутима. На неё вообще ничто и никогда не производило впечатления, и этот факт очень даже впечатлял Джикса.
По крайней мере раз в день Джил требовала, чтобы они немедленно ушли от Кошмаров.
— Мы скинджекеры, — сказала она ему как-то, — и должны заниматься скинджекингом. Если у тебя такой потребности нет, то у меня есть!
Они пробыли здесь, по подсчётам Джикса, уже почти неделю, хотя время трудно поддаётся измерению, когда не видишь смены дня и ночи.
— Ты хочешь оставить Мэри в их лапах? — ответил Джикс.
Джил бросила взгляд на стеклянный гроб. Он сверкал посередине общего зала, словно драгоценный бриллиант.
Джил помолчала, созерцая девушку в гробу, а затем процедила:
— Я ей ничего не должна. И она для меня в настоящий момент совершенно бесполезна.
Джикс улыбнулся.
— Служишь прежде всего своим интересам, verdad? Но иногда хищнику полезно заглянуть под изнанку вещей.
— О чём это ты бормочешь? Опять твоя божественно-ягуарья ахинея?
— Нет. Я говорю о том, как сделать охоту успешной.