Проповедник силы, спросите вы? Нет! Разума? Нет! Так чего же? — С кроткой нездешней улыбкой обвел он взглядом слушателей. — Я проповедник наслаждения! Да, друзья, я утверждаю в мире наслаждение!
Моя проповедь состоит из двух частей, из двух антагонистических начал. Как Ормузд и Ариман, добро и зло. Свет и тьма. Любовь и ненависть. Я начинаю с критики и заканчиваю утверждением. Критика и утверждение — это два полюса, которые не могут существовать порознь. Каждый раз я меняю полюс критики, оставляя один и тот же полюс утверждения.
25— Слушай, вельо, — сказал запыхавшийся Ленивец, — я не могу бегать, как мышь, по этому судну! У меня совсем штаны развалились! Я обе половинки в руках таскаю.
— Зайдем в туалет! — скомандовал Живчик."
"Туалет, слава мадонне, был пуст. Живчик осмотрел своего друга.
— Да, дело дрянь. Гнилые нитки. Теперь штанины разлезутся в разные стороны, а ты останешься посредине.
— А как же я? — взмолился Ленивец.
— А ты ходи, как спортсмен, который только что из бассейна и торопится к себе в каюту.
— Задержат? — грустно поник головой толстяк. — Без халата задержат.
— Могут, — согласился Живчик. — В следующий раз, когда пойдешь на дело, будешь одевать барахло, которое еще не совсем сгнило, а только начало подгнивать. Пойди в кабину, разденься и покажись.
Увидев белый живот Ленивца, свисающий над грязными цветастыми трусами, Живчик даже застонал.
— Э нет, братец, на спортсмена ты не похож. Скорее, на кусок свиного сала.
Гангстеры задумались.
— Слушай! — Живчик встрепенулся. — Я, кажется, придумал. Надевай вместо штанов рубаху. Как будто бы сверхмодный фасон.
— Ты думаешь? — Ленивец стал подозрителен.
— Дело тебе говорю! Ступай в кабину и переодевайся.
Ленивец покорно скрылся в кабине, и оттуда долго доносилось сопение и вздохи.
— Ты заснул? — спрашивал Живчик.
— Не лезут ноги в рукава, черт бы их побрал! — кряхтел за перегородкой неудачливый толстяк.
Когда он вышел, Живчик вздрогнул.
— Ты как глобус на спичках, — заявил он. — Чего это ты так брюхо развесил?
— Так ведь рубаха ж!
— Подбери. А воротник у тебя оказался на самом интересном месте, подтяни сзади. А эта дыра откуда?
— Раньше она была на рукаве, под мышкой, и ее не было видно, а теперь видишь куда вылезла, прямо на всеобщее обозрение, — сокрушался Ленивец.