Этими материалами в изобилии оснащалась каждая лекция доктора Трири, поскольку фирмы щедро оплачивали столь оригинальную рекламу.
— Джимми?
— Да, доктор, да! — Оссолоп обернулся, он был возбужден, не пьян, а просто страшно, дико зол. — Я сделал все, как вы сказали, и результат вы видели! Ничего, ровным счетом ничего!
— Может, время... — задумчиво промолвил доктор.
— Какое там время?! Действие семян бонц мгновенно, вы знаете. Нас надули, док, подло надули!
— Больше, Джимми, больше. Нас ограбили, нагло ограбили среди бела дня! Я истратил почти все свое состояние, Джимми, почти все деньги.
— Как — что делать?! — заревел Джимми, подскочив. — Я с него голову сниму!
— Снимайте, Джимми, делайте что угодно. Я устал. Мне бы чашечку крепкого кофе. Настоящего крепкого кофе.
39"
"Вопль, вырвавшийся из груди ученика доктора Трири, ударился о стеклянные двери и проник в соседнюю комнату, заставленную стеллажами с книгами. Он не миновал вооруженных микроусилителями ушей Сэма Смита, склонившегося над зашифрованным документом с грифом «Совершенно секретно».
«...Полукустарник бонц, — сообщала шифровка, — растение, высота которого колеблется от тридцати до ста пятидесяти сантиметров. Его узкие стреловидные листья обладают приятным бальзамическим запахом. Для того чтобы определить специфический аромат растения бонц, достаточно растереть в руках высушенные веточки, сорванные в сухую погоду.
Смит отложил листок и на цыпочках подошел к двери. Его прямой кинематографический нос чуть коснулся холодного стекла. В салоне метались две фигуры. На журнальном столике стояла очень знакомая банка из-под кофе, возле нее высилась груда темных зерен.