Но сродство душ было необратимо нарушено. Внутренний диалог оборвался.
Женя не то чтобы был этому рад. Но грусть как-то сама собой развеялась. Он с интересом подумал о дальнейшем своем путешествии и понял вдруг, что ужасно соскучился по дому.
Арк. Локерман
ПОЧТИ ОХОТНИЧИЙ РАССКАЗ
Щелгунов, старый охотник, очень тогда удивлялся: ну и зверь нынче пошел, совсем не чуткий, не активный. Это уж такая удача, расскажи — не поверят!
Активность тогда, к счастью, проявил только Женька. Считать его удачником нельзя. Как только проявит он активность, так неприятности.
Мама всем рассказывала про Женькины беды, и глаза у нее при этом становились такими, что ей очень сочувствовали.
Обсуждались разные варианты — на стройку, в сапожную мастерскую, почтальоном, в штамповый цех и так далее.
Дельный совет маме подала сослуживица:
— Отдайте его в геологи! Он там, в тайге, горя хлебнет, станет городскую жизнь ценить и вас слушаться!
— Да кто ж его возьмет? — вздохнула мама.
Оказалось, что сослуживица говорила не зря — у се племянника есть знакомая, которая недавно переселилась в новый дом, и соседка у нее там инженер-геолог, такая худенькая, но симпатичная блондинка. Так вот, она говорила, что в их партию на сезон нужны рабочие и берут старшеклассников.
Знакомство состоялось. Женька не предполагал, что инженер, да еще геолог, может выглядеть почти как его одноклассница, но Надежда Ивановна оказалась такой. Старше она выглядела только из-за очков в тяжелой черной оправе.
Она сказала:
— Пойдемте к Маркову, начальнику нашей партии.
На пути она предупредила Женькину маму:
— Видите ли, Федор Андреевич человек отзывчивый, но не всегда бывает понятно, когда он шутит.
Мама Бабеля не читала, но все это не предвещало хорошего, и она вздохнула.
Женя уже приобрел некоторый опыт поисков работы, знал, что все начинается с паспорта и анкеты.
Здесь было по-иному.
Марков оказался очень высоким, худым, седоватым и лысоватым. Он выслушал Надежду Ивановну хмурясь, плотно сжав губы, глаза его сверлили Женьку, как бурав."
"— Поздравляю! — загрохотал он.