Однако в плен их взял не Рыжий Орк, поскольку он стоял в клетке как раз напротив Кикахи. Обнаженный, как и все прочие пленники, тоан прижимался лицом к решетке и улыбался своему заклятому врагу. Что означала эта улыбка? Радовался ли властитель, что враг попался тоже? Или улыбался своим тайным мыслям? Может, все-таки это он засадил их в клетки, а теперь сам разыгрывает из себя пленника? Но зачем? Впрочем, время покажет.
В трех других клетках находились три клона Рыжего Орка.
— Ну что, Кикаха, дохвастался? — окликнул его Вематол и плюнул через прутья решетки.
Кикаха не обратил на него внимания. Он хотел было обратиться к Хруузу, но тут прямо в центр круга, образованного клетками, медленно и важно вошел… вошло… существо? машина? получеловек? Секунду назад его здесь не было. Откуда он появился? Через врата, не иначе.
Кикаха узнал вошедшего, хотя никогда не встречался с ним раньше. Это было существо, которое он считал умершим.
— Дингстет! — воскликнул землянин.
— Нет трут, — ответило существо, что по-тоански означало: «Да, это я».
Кикаха слыхал о Дингстете от Ананы и Манату Ворсион. Судя по их рассказам, Зазель сделал Дингстета своим компаньоном и наделил широкими полномочиями. Перед тем как покончить с собой, властитель передал Дингстету бразды правления над своей планетой. Зачем ему понадобилось сохранять такой скучный и мрачный мир — это уже другой вопрос.
Наконец-то Кикахе довелось воочию увидеть легендарного Дингстета. Двуногий, шести футов ростом, со светлой, чуть розоватой, как у скандинавов, кожей.
— Ты знаешь мое имя, — проговорило существо. — Но я не знаю твоего.
— Меня зовут Кикаха. Я думал, что эта планета погибла, и ты вместе с ней.
— Я хотел, чтобы ты так думал, — ответило существо, выговаривая слова с каким-то архаичным акцентом. — Но ты и твои приятели оказались слишком настойчивыми. Поэтому мне пришлось принять меры. — Оно помолчало и добавило: — Я полагал, что врата закрыты.
— Он собирается заточить нас здесь навечно! — выкрикнул Рыжий Орк. — Дингстет! Я пришел с миром!
Не оборачиваясь, существо ответило тоану:
— Возможно. А возможно, и нет.