А от макушки до самой шеи голову покрывала красноватая листва, состоявшая из плоских и небольших листочков. Были ли под ними костяные пластинки — оставалось только гадать.
Крохотные уши походили на человеческие, однако располагались гораздо ближе к затылку.
— А ты не думаешь, что это действительно уцелевший Токина? — задумчиво спросила Анана. И тут же ответила сама себе: — Нет, конечно! Это просто совпадение.
Они молча постояли, оглядываясь вокруг. Потом Кикаха сказал:
— Вряд ли мы найдем здесь ответы на все вопросы.
— Нужно выбираться отсюда, — заявила Анана, — а мы даже не знаем как. Предлагаю выяснить это, не откладывая.
— Нам ничего не угрожает, насколько я могу судить. Давай останемся тут ненадолго и попытаемся разузнать, что к чему. Когда-нибудь это может нам пригодиться.
Еды и воды у них было достаточно, чтобы продержаться дня четыре, если экономить.
— А вдруг нам потребуется срочно убраться отсюда? Мало ли что может случиться, — заметила Анана.
Кикаха задумался на мгновение.
— О’кей, — сказал он. — Ты права.
Он подошел к тому месту у стены, где они прошли через врата, и протрубил в рог Шамбаримена. Как это часто бывало, музыка навеяла ему видения чудесных зверей, удивительных растений и экзотических людей.
Последняя нота, казалось, зависла в воздухе, как муха-однодневка, решившая продлить свою короткую жизнь хоть на несколько секунд. Перед Кикахой появилось мерцающее пятно примерно пяти футов в ширину и десяти в длину. Блестящая стена склепа исчезла под пятном, и появился фрагмент каменной стены и каменного пола. Кикаха уже видел их, причем совсем недавно.
Через пять секунд вид каменной башни померк. На стене гробницы вновь вспыхнули изображения разных вселенных.
— Попробуй найти другие врата, — сказала Анана.
— Конечно, — ответил Кикаха и медленно пошел вдоль стены, трубя в рог снова и снова.