Последовал личный код, следом потянулись коды отпечатков пальцев, формы ушей, рисунка сетчатки, следов ног, голоса, запаха в нормальном состоянии, группа крови, рентгенограммы и сонограммы скелета и черепа, топографические и волновые снимки мозга, гормональный баланс, волосяные, кровяные и генетические карты, внешние измерения, коэффициент умственного развития, коэффициент психического развития, социальный коэффициент и индекс походки.
Уолленквист дал полоске команду подавать информацию помедленнее. Через несколько секунд Кэрд сказал:
— Стоп! Аллергия на моллюсков? Но правоверные евреи не едят моллюсков!
— Ага! — воскликнул майор, как человек, которого только что осенило.
— Никто не совершенен, — сказал Кэрд.
— Но все-таки человечество идет к совершенству!
«Как же, — подумал Кэрд. — На будущий год мы соберемся в Иерусалиме. Второе пришествие Христа может произойти с минуты на минуту.
— Как видишь, — сказал Уолленквист, — он был образцовым гражданином, если не считать его религиозности. — А потом вдруг раз! — Майор вскинул руки. — Испарился! Не вышел вчера из своего каменатора. Его коллеги по университету Иешива, конечно, забеспокоились — семьи у него нет, — открыли цилиндр, а он пустой. Ни записки, ничего, что объяснило бы случившееся.
Кэрд встал со стула и начал шагать взад-вперед.
— Янкев Гриль. Я знаю этого человека.
— Знаешь? Но ведь…
— Вы не до конца прочли его досье. Он играет в шахматы с другими днями — по записи. Я — один из его противников. Я знал его только по имени и сейчас, разумеется, впервые увидел его. Но я — чемпион Манхэттена и завоевал седьмое место в мировом чемпионате вторника, а во вседневном чемпионате занял двенадцатое место.
— Правда? Я сам-то в шахматах не очень. По мне, рыбалка лучше. Но все равно я горжусь, что ты чемпион, хотя бы и по шахматам. Все управление тобой гордится.
Он приблизился к Кэрду, но тот повернулся и отошел. Отойдя от майора как можно дальше, Кэрд снова повернулся к нему:
— Вы что-же, хотите дать мне темпоральный паспорт?
Майор упорно приближался.
— О нет. В этом нет нужды. И слишком большая волокита.