Мишка-Мишель

На следующую ночь, на половине пути нарвались на семью бедуинов, раскинувших свой небольшой лагерь в пустыне.

Благодаря моему внешнему виду и знанию арабского языка, мы оценили особенности и качество бедуинского гостеприимства. Ирэн, как мы ранее договорились с ней, изображает немую, она ведь арабским не владеет. Понимает его, с пятого на десятое.

Самым главным в лагере был мужчина — Ашур, примерно пятидесяти лет. Десяток женщин, разного возраста, приходились ему женами и невестками. Полтора десятка детишек покотом, спали в войлочной палатке.

Мы разделили с Ашуром вечернюю трапезу. Ирэн естественно, по арабским обычаям была препровождены в женскую палатку, где ее тоже накормили и напоили, несмотря на позднее время. Хозяин лагеря посетовал на войну, унесшей всех его четверых сыновей, теперь не знает, куда девать невесток. Предложил мне выбрать себе в жены двоих бездетных. Я, стараясь не обидеть Ашура, отказался, сославшись на отсутствие надежного жилища. Бедуин мгновенно предложил мне, продать ему, мою спутницу, зачем связывать себе руки женщиной. Ему же, Ашуру, лишний рот не в тягость. Видишь ли понравилась ему моя Ирэн. Только слово «добыча», охладило пыл бедуина. Чтобы не расстраивать Ашура, вручил ему один АКМС, приличным запасом патронов. Какой мужчина откажется от оружия!? Ашур не был исключением, о женщине речь больше не заходила. От него же я узнал, что поблизости по автомобильным дорогам рыскают, немногочисленные, но очень жестокие банды. Грабят всех под ряд. В пески они не заходят, боятся. Через час, попив с Ашуром кофе, мы двинулись с Ирэн по своему маршруту.

Рассказал любимой о попытке ее покупки бедуином. Возмущений было куча, а еще Ирэн очень переживала за угнетенных сирийских женщин, которых за людей не считают.

Покинув очередной оазис, меня начало одолевать возрастающее беспокойство. Слишком спокойно проходит наше путешествие, значит, надо ждать неприятностей. До цели нашего путешествия — Дамаска, осталось менее ста километров. Пошли более обжитые районы. Встречи с людьми неизбежны, и эти люди не всегда будут мирными жителями.

Накаркал.

На дневку остановились в заброшенной деревне, в полуразрушенном доме — аль каимах, представляющий собой жилище, сложенное из разных пород дерева, обмазанное глиной. Не успели привести себя в порядок и позавтракать. На бывшую улицу деревни прикатили два джипа, полные боевиков, всего восемь человек. Я наблюдал за ними в бинокль. Они по хозяйски расположились в центре села, на удалении ста метров от нас.