Убеждена, что с магией Древней Крови лучше не связываться.
– Если бы у меня была возможность выбора, наверное, я бы не стал с тобой спорить, но я таким родился, – ответил я.
– Как и принц, – после коротких раздумий заметила Лорел. – Да защитит нас Эда, сохранив его тайну.
– Да будет так, – кивнул я. – И пусть мой секрет навсегда останется тайной.
– Не думаю, что лорд Голден тебя выдаст. Он слишком высоко тебя ценит в качестве слуги, – заверила меня Лорел. Тем самым она обещала, что сама никогда меня не предаст.
Я ответил вполне в ее стиле:
– Лорд Голден ценит тебя как друга и верную главную охотницу королевы, поэтому он никогда не скажет о тебе ни одного дурного слова и не поставит твою жизнь под угрозу.
Лорел искоса посмотрела на меня и смущенно спросила:
– Он считает меня своим другом? Ты так думаешь?
Я посмотрел на нее и понял, что должен ответить на вопрос со всей серьезностью.
– Так мне кажется, – немножко натянуто проговорил я.
Она повеселела, словно я сделал ей подарок.
– Но ты ведь уже давно знаешь лорда Голдена, – сказала Лорел, напоминая мне мои собственные слова.
Я предпочел промолчать. Она отвернулась, и после этого мы почти не разговаривали, Лорел принялась что-то тихонько напевать. Настроение у нее явно улучшилось. Между тем принц перестал принимать участие в беседе – лорд Голден продолжал болтать, но Дьютифул молча смотрел вперед.
Вскоре перед нами вырос Олений замок, возвышающийся на черных скалах. Его темный силуэт выделялся на фоне тускнеющего неба. Принц опустил капюшон плаща на лицо и придержал лошадь. Лорел ехала рядом с лордом Голденом, а Дьютифул оказался рядом со мной. На лице главной охотницы блуждала улыбка. Мы с Дьютифулом практически не разговаривали, погрузившись в собственные мысли. Мы въедем в замок через западные ворота, которыми пользуются довольно редко.
– Не слишком ли рано вы начали праздновать? – поинтересовался лорд Голден, когда мы проезжали мимо.