— Я к чему все это говорю… — продолжил Антонио, — у меня есть один старинный друг, он потомственный хилер…
— Правда? — заинтересовался я, — практикующий?
— Да, иногда подрабатывает… так вот — давай я тебя с ним познакомлю…
Глава 26
15 октября
15 октября
Я придержал заднюю дверцу для Лены, сам запрыгнул на переднее сиденье, стойко перенес ехидное подмигивание Егора, и мы помчались по вечернему проспекту имени российско-советского ученого и лауреата Сталинской премии товарища Вернадского.
— Как там Никулин? — справился Егор, — живой?
— Живее всех нас, — ответил я, — несмотря на свои шестьдесят.
— Кио, — ответила она, — если честно, мне больше понравился.
— Эх, — ударился в воспоминания Егор, — я этого Кио совсем недавно ведь возил вместе с Галиной. Вежливый мужчина, ничего не скажешь.
У меня все слова застряли в глотке после такого откровения — продолжать тему бывших мужей Брежневой мне никак не хотелось, поэтому я свернул обратно.
— Я слышал, Никулин в одном новом фильме снимается по одному скандальному роману, как уж его… в журнале Пионер печатали…
— Скандальный роман и в Пионере? — задумался Егор.
— Точно, — поддержала меня Лена, — Чучело назывался, у нас в училище его до дыр зачитали.
— И про что же этот скандальный роман?
Тут уже Лена взяла руль управления беседой в свои руки:
— Про школьную травлю, вот про что. Все же знают, что такое бывает, только говорить об этом вслух не было принято, но очень многие прошли через это… меня, например, сильно травили в старших классах.
— Тебя? — изумился я, — и за что, если не секрет?
— А я толстая тогда была, вот и дразнили жирдяйкой?
— Ты толстая была? — в свою очередь изумился Егор. — А сейчас и не скажешь…
— Пришлось заняться спортом и сесть на диету, — пояснила Лена, — но это уже в училище, а в школе меня до слез задразнили…
— Это печально, — ответил я, быстренько свернув скользкое ответвление в нашей беседе, — с Никулиным, как я слышал, будет сниматься дочка Пугачевой… в роли девочки, которую травили.
— А у нее есть дочка? — не скрыла изумления Лена.
— Ну да, — ответил я, — что она, не человек что ли — у каждой женщины могут быть дети. У дочки только, говорят, другая фамилия.
— Слушай, Петя, — обратилась она прямо ко мне, — а ты не можешь меня познакомить с Пугачевой? Раз уж у тебя такие большие связи есть.
— Попробую, — сдержанно отвечал я.