Яне казалось, что между ними идёт борьба взглядами.
— Я понял, о чём ты, — нарушил тишину Моррис. — О дамарийском огненном ритуале? Магический огонь уничтожит и сам знак Атай и брачную магию…
— …и сделает её зависимой от демона, — перебил его не-совсем-доктор. Всё это время он оставался спокойным, в отличие от Морриса, но последнюю фразу произнёс резко. — Это не выход. Ритуал сломает ей жизнь. Ты знаешь, как я к этому отношусь.
— Разумеется, я никогда не предложу ей это. Она слишком мне дорога, чтобы подвергать её риску.
Яна лихорадочно обдумывала новую информацию. Оказывается, от метки можно избавиться, если пройти дамарийский ритуал. Но если сделать это, Яна приобретёт дамарийскую сущность… и демона…
Нет, к такому она не готова. Если Яна побывает в ритуальном огне, это будет уже не она. У неё никогда не получится стать прежней.
Она мысленно несколько раз повторила: нет, только не это. Повторила-то повторила, но ей вспомнился рисунок Кристофа. Что если в огне всё-таки она? Означает ли это, что Яна решится на ритуал?
Она услышала, как мужчины выходят из комнаты.
Яна слушала-слушала да и заснула. Но даже сквозь сон она ощутила, что Моррис вернулся и сел рядом с кроватью. Его присутствие умиротворяло сильнее, чем музыка. Яна не знала, сколько времени находилась в блаженном релаксе, но когда, наконец, открыла глаза, почувствовала себя отдохнувший и полной сил.
Она приподнялась на локте и посмотрела вокруг.
Рядом с кроватью на стуле сидел Моррис. Яна поняла это по его ботинкам. Выше ботинок смотреть не стала. Им же нельзя видеться, а действие зелья иллюзий уже закончилось.
— Как себя чувствуешь?
Какой приятный у викинга голос — заботливый.
— Хорошо. Но где мы?
— У меня.
— В таверне? — не поняла Яна.
— Нет, я купил дом. Градоначальник не может жить в таверне.
Вот с этим Яна была абсолютно согласна. На душе стало тепло. Она ощутила радость за Морриса, потому что дом — это уютно и надёжно. Родные стены согреют и подарят чувство защищённости. Яна по себе знала. В земном мире у неё не было своего дома — она жила в съёмной квартире. А тут у неё появилась настоящая крепость!
— Хотел тебе его показать ещё вчера.