И он это почувствовал и начал переубеждать.
— Юноша подумал, что если не может словами рассказать о своих чувствах, ему поможет музыка. В один прекрасный вечер, когда девушка сидела на берегу озера и смотрела на волны, ей почудилось, что озеро запело.
Моррис стоял так близко, что Яне пришлось закинуть голову, чтобы видеть его глаза.
— Музыка была такой красивой, что девушка слушала как заворожённая.
И Яна тоже слушала своего викинга как заворожённая.
— Когда же на фоне озера появился юноша, играющий на флейте, — Моррис говорил всё тише и тише, хриплым шёпотом, — она поняла, что волшебная музыка льётся из его флейты, и влюбилась в него.
Медленно-медленно его рука потянулась к её щеке. Скользнула на шею, а потом на затылок.
— Они жили долго и счастливо, и озеро пело им каждый вечер, зачарованное их светлыми чувствами.
Второй рукой Моррис обхватила Яну за талию и прижал к своему напряжённому телу.
Сердце ударило в рёбра. Все ощущения невероятно обострились. Будто поцелуй, который должен случиться, будет их первым.
— Красивая легенда… — Яна не узнала свой голос.
Последнее слово она выдохнула в приблизившиеся губы Морриса. Его дыхание было прерывистым, будто он тоже невероятно сильно взволнован, словно этот поцелуй означает для него что-то большее, чем поцелуй.
Огонь растёкся по жилам Яны, когда их губы соприкоснулись. Тягучее удовольствие пульсировало в животе.
Отдавшись этому невероятному ошеломляющему поцелую, могли ли они придать значение лёгкому шороху, прокатившемуся по зарослям кустов?
Глава 67.
Музыка взялась из ниоткуда, разразилась весёлыми нотами и забористой трелью. Казалось, виолончель надрывается у самого уха. Яна от неожиданности отпрянула от Морриса. Она несколько мгновений не могла понять, что происходит, пока не смирилась с очевидным — рядом с террасой где-то за деревьями расположились музыканты и решили дать концерт.
— Это ты их пригласил? — Яна возмущённо уставилась на Морриса. — Так ведь и заикой сделаться можно!"
"— Я и сам не ожидал, что они начнут выступление нежданно-негаданно, — викинг виновато улыбнулся.
За эту виноватую викинговскую улыбку Яна готова была простить что угодно.
— Мне теперь, наверное, в страшных снах будет сниться это внезапное ""ту-ду-ду-дууууум"", — проворчал она, но уже беззлобно.