– А для чего мне были нужны эти деньги? Не ты ли уговорила меня заняться сомнительным бизнесом? Меня, работника государственной структуры!
– Тоже мне, государственный работник, – фыркнула Аля, – курьером он служит! Фу-ты ну-ты, какие мы важные! С ума сойти можно! Сомнительный бизнес, говоришь? Нечего с больной головы на здоровую сваливать! Машины он, видите ли, решил перепродавать! Кто виноват, что ты таким идиотом оказался, что купил машины – полное барахло! Одна битая, а другая вообще второй год в угоне числится! Ты еще спасибо скажи, что я уговорила дворника дядю Пашу ее в наш каретник поставить! Там столько барахла навалено – ее и не найдут никогда! А то тебе мало бы не показалось!
Она вдруг порывисто подскочила к окну и задернула занавески.
– Ты кого это ждешь?
– Подруга должна прийти, – буркнула Алевтина, потом вдруг всплеснула руками и унеслась на кухню.
Явилась она оттуда минут через десять, когда Константин уже снял куртку и поменял ботинки на мягкие клетчатые тапочки. В руке у Алевтины было блюдо с пирогом.
– Из-за тебя чуть не сгорел!
– Ничего, сойдет и такой! – оживился Черепков, подскочил к столу и отрезал себе кусок пирога.
– Ты что это себе позволяешь? – заорала Алевтина, оторопев от такой наглости. – Для тебя, что ли, приготовлено?"
"– А для кого? – огрызнулся Черепков с набитым ртом. – Для подружки? Думаешь, не знаю, что подружку твою Рифатом зовут и что он директор магазина, где ты работаешь? И что он, мусульманская его рожа, непьющий, оттого ты и поишь его чаем вместо водки?
– А твое какое дело? – с ненавистью прошипела Алевтина. – Достал уже…
– Ты, Алевтина, где-то права, – неожиданно спокойно сказал Черепков, – насчет того, что я с машинами маху дал.
– Что ты хочешь? – хмуро спросила Алевтина.