Я помешался на безродной девчонке из питомника…
— Это у неё не любовь, — тихо, надтреснутым голосом сказала Стэлла. — Даже если ей кажется иначе.
— А что же у неё? — невесело усмехнулся.
— Иллюзия, — ответила она всё так же тихо и посмотрела мне прямо в глаза. — Иллюзия любви. Так бывает, когда тебе кажется, что ты кому-то нужен. Не ломай её, Вандор. Я пыталась с ней поговорить, но… Она идеалистка. Наивная идеалистка. Но ты знаешь… Я завидую ей.
— И чему же ты завидуешь? — не удержался я.
Она уставилась куда-то в стену, в пустоту.
— Она ещё может во что-то верить.
Я смерил её взглядом и, ничего не сказав, развернулся к двери. Чувствовал, что она смотрит мне в спину. Ещё одна проклятая девчонка. К чёрту всё! К чёрту! К дьяволу! Гори оно всё синем пламенем!
Вернувшись в кабинет, я набрал Алексу и, едва услышал его голос, рыкнул:
— Ты хотел девчонку? Можешь забирать.
Положил трубку и с яростью смахнул со стола стопку документов.
=3.
Комната, куда меня завели, была крохотная. Спальня Стэллы в доме Вандора по сравнению с ней казалась царскими покоями. Ни окон, ни отдельной ванной — только узкая кровать у стены, маленький шкаф и тумбочка с двумя ящиками.
Сидя на уголке постели, я ждала. Чего — сама толком не знала.
"Что он думает обо мне? Что я добровольно ушла с Матвеем? Без сомнений, ему доложили о том, что мы были в номере наедине. В том, что он уже знает о том, что прежде мы были знакомы, я тоже не сомневаюсь. Вряд ли Стэлла будет молчать, да и ни к чему это.
Дверь отворилась так внезапно, что я едва не подавилась собственным вдохом. Появившийся на пороге мужчина заполнил собой, казалось, всё пространство. И дело было вовсе не в его росте или ширине плеч, нет. Дело было в его взгляде и энергии, что исходила от него.