Отвечать он не спешил, и я думала, что вопрос мой вовсе останется без ответа, но спустя полминуты Вандор всё-таки проговорил:
— Мама.
— Мама? — удивилась я. Не знаю почему, но мне всегда казалось, что такому учат отцы…
— Да. — Голос его звучал тихо и спокойно, но я чувствовала, что под этим спокойствием скрыто что-то глубокое.
— А где… — Я замялась. Посмотрела на него и всё же спросила: — Где она сейчас. Твой отец, он ведь… один. Тем более, если ты купил меня…"
"Между нами вновь воцарилась тишина, нарушаемая плеском волн и птичьими вскриками.
Тут будет реклама 1
Я чувствовала себя неловко, так, словно не имела права спрашивать. Вещам ведь не положено спрашивать такие вещи. Вещам вообще не положено спрашивать — у них нет права голоса, права собственного мнения, права выбора. Раз за разом, день за днём я напоминала себе об этом, однако всё было напрасно. Потому что… На пальце моём поблёскивало кольцо с тремя бриллиантами — одним большим посередине и двумя маленькими по бокам. И ещё потому, что он постоянно повторял мне, что я только его.
Тут будет реклама 2
И потому что первые три дня после того, как я дико и глупо обгорела, он практически не отходил от меня. Злился, называл пустоголовой идиоткой, рычал, но продолжал мазать меня пантенолом, заставлял пить и уходил спать в другую комнату. Но было кое-что ещё. Кое-что, в чём мне пришлось признаться самой себе. Меня тянуло к нему. Его прикосновения были приятны мне, более того, стоило ему уехать, и я начинала скучать. Я должна была стать ему нужной, а в итоге… В итоге это он стал нужным мне.
Тут будет реклама 3
Возможно, именно благодаря этому боль от понимания, кем на самом деле оказался Матвей, отступила быстрее, чем могла бы. Горечь, оглушающее чувство разочарования никуда не делись, как не делось и непонимание того, что мне делать дальше, но пустота отступила. Матвей — прошлое. Прошлое, которое, слава Богу, осталось позади. Сейчас же у меня есть только то, что есть, и с этим мне надо как-то жить дальше.
— Отец выгнал мою мать, когда я был ещё ребёнком, — проговорил Вандор всё так же спокойно.
Тут будет реклама 4
Я взглянула на него, задержалась на лице и почти сразу отвела глаза. Он продолжал смотреть на меня — пристально и как-то отстранённо, и мне стало совсем неловко. Подтянув к себе парео, я присела и подобрала ноги.
— И ты больше не видел её?
— Нет, — ответил Вандор.
— Понятно, — вздохнула я и на несколько секунд замолкла, но потом всё-таки добавила: — Тебе повезло, что ты хотя бы помнишь её.
