Лучше сдохнуть, чем слышать от него упреки.
- Спасибо, - прошептала, не зная, что сказать.
- Есть где пожить какое-то время? – парень говорил грубо, но я не обращала внимания. Пусть злится и ненавидит, лишь бы не бросил.
- Нет, - наконец-то открыла глаза, натыкаясь на пристальный взгляд.
Ненависть. Все-таки плещется в глазах. И ведь даже не скрывает, как я ему противна.
Знал бы он, как я сама себе противна в данный момент. Дышать нечем, и очень хотелось завыть. Забиться в угол, спрятаться от посторонних глаз и дать волю чувствам.
- А родители? – Матвей не унимался и продолжал давить на старые раны. Понятно, что многого не знает, но я сейчас не готова объяснять. – Ладно, поехали, - он понял без слов мой ответ.
По глазам прочитал, что идти мне некуда. Меня никто не ждет. Я никому не нужна.
И от своей беспомощности выть захотелось еще сильнее.
- К-куда? – я все еще не верила своему счастью. Наедине с Матвеем хотя бы вечер проведу. Хотя вряд ли он захочет – противна я ему, по глазам видно.
- Подальше отсюда, - мазнул по мне взглядом с ног до головы и снова уставился прямо в глаза. Как будто в сердце, которое чаще забилось. – Возьми что-нибудь с собой переодеться.
Отпустил, но как только я сделала шаг, тут же подхватил под руки. Чуть не свалилась, так меня подкосило. Уперлась Матвею лицом в грудь, а он обнял. Прижал к себе, прислоняясь щекой к моей голове.
Мой любимый Зверь. Как же я соскучилась!
- Матвей, я…
- Нам пора, - снова не дал мне договорить, перебивая.
А может вечность? Именно столько, мне кажется, я ждала этого момента. И жизнь готова отдать, лишь бы его продлить.
- У меня сил нет, - вздохнула, однако тут же почувствовала пальцы на подбородке. Заставил голову задрать и посмотреть ему в глаза.
- Я сейчас вещи твои соберу, а ты подождешь, - его голос стал мягче, больше не дерзил, а я лишь кивнула, насколько сил хватило. – Посиди, я скоро."
"Голова была чугунная, поэтому посидеть не получилось.
Так хреново никогда не было.
Одно желание лишь возникло – закрыть глаза и больше их не открывать…
Глава 39
- Арина, глаза открой! – я слышала мужской голос, как в тумане. Как будто и не Матвей вовсе.