Лишь отстранился, аккуратно поставив девушку на ноги, заглянул в глаза, которые малышка почему-то прятала, и вышел из ванной, на ходу захватив с собой полотенце и обматывая его вокруг бедер.
Хрень какая-то, точно померещилось. Да и пофиг, если честно – Матвею плевать и на ее любовь, и на ее тихое признание. Зашел в спальню и первым делом ударил кулаком в стену.
- Б**ть! – оперся ладонями и опустил голову вниз. – Ну нахрена, Арина! – бубнил себе под нос, желая сейчас лишь одного.
Напиться, как пять лет назад, когда узнал, что любимая девочка его бросает.
- Так надо.
А после три дня запоя, шлюхи одна за другой и пятигодичная апатия.
Арина зашла в спальню практически неслышно, только чуткий слух Зверя уловил тихие шаги. Остановилась возле парня – затылком чувствовал ее удивленный взгляд.
- Матвей, что-то случилось?
- Спать ложись, - оторвался от стены и, не глядя в ее сторону, вышел из спальни.
На кухне достал из холодильника бутылку водки, из шкафчика стакан, налил туда чуть больше половины и сделал два глотка.
Или все же полуполный?
- Я могу уйти, - услышал голос Арины, но так и не оторвался от лицезрения стакана.
- Давай без жертв, - залпом допил остаток, поставил пустую тару на стол и поднял на девушку взгляд. – Я дико устал и очень хочу спать.
- Прости меня, - в ее голосе было столько печали, что Зверь невольно прикусил язык.
Девочка и так много чего пережила, теперь еще его фырканья приходится терпеть.
- Мы это уже проходили, - он встал и направился к выходу. – Давай не будем повторяться.
- Я могу лечь в зале, - она кричала ему в спину, на что Матвей лишь ухмыльнулся.
- Я же просил без жертв, - продолжал двигаться на автомате.
Скинул с бедер полотенце, подошел к кровати и упал на нее лицом вниз. Сейчас бы на необитаемый остров. Где нет человеческих физиономий в радиусе двух километров.
Вот это рай. И никаких тебе забот и проблем.
Мечты, причем несбыточные.
Рядом скрипнула пружина – пришла все-таки. Матвей почувствовал сначала прикосновение к спине тоненьких пальчиков, когда Арина накрывала его пледом, а после и теплое дыхание, когда в щеку целовала."
"- Спокойной ночи, - ее любимая фраза. Как же Зверь по ней скучал, кто бы только знал.
Но поворачиваться не хотелось. Точнее хотелось, но порыв глупый подавил.