Неужели сам Годаров решил меня уничтожить?
– Я тоже так сначала подумала, – кивает башкой Лидия. Высокая блондинистая хала, возвышающаяся на голове директрисы, тут же приходит в движение. Еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Смех сквозь слезы!
– Я позвонила своей ученице в Сбербанк. И узнала, сколько денег у тебя на счету, – торжественно заявляет Лидия Ивановна. – Кто-то тебе ради розыгрыша лям перечислил. Меня не проведешь, Розанова. Убирайся прочь. И навсегда забудь сюда дорогу. Я тебе сразу трудовую книжку выдам.
– Вы не имеете права, – лепечу, порываясь подняться из-за стола. Конечно, после такой гадкой сцены я здесь и сама не останусь. Но и помыкать собой не позволю.
– Таня, – толкая меня обратно в кресло, кричит Лидия секретарше. – Ну-ка, запри дверь!
Придвигает ко мне лист бумаги и ручку. Нависает, давя крепким бюстом.
– Пиши и выметайся! Живо!
Деваться некуда. Трясущейся рукой вывожу каждую букву. Расписываюсь.
– Детям раздайте, – прошу тихо.
Не стесняясь слез, как слепая бреду к выходу. Только бы не закричать от отчаяния. И выйдя на улицу, медленно иду к остановке. Что теперь делать? Как быть? И как сообщить бабушке и Агате Михайловне? Такой позор несмываемый, хоть в реку с моста кидайся…
В порыве злости достаю из сумки сотовый и набираю номер Годарова. Пусть ответит за свои выходки!
Но этот гад сбрасывает звонок. Теперь я точно уверена, что без Годарова не обошлось.
Глава 2
Маршрутка на удивление приходит почти сразу, и, забившись на самое дальнее сиденье, подальше от посторонних глаз, я невидящим взглядом всматриваюсь в темноту.
Отличная многоходовочка! Как раз в духе Годарова. Кто-то из моих подруг предал меня. За что, собственно? Кого подкупил Руслан? Лену или Катю? И главное, как объяснить бабушке причину увольнения? Много вопросов, вот только ответов нет ни на один.
Войдя в дом, как подкошенная, опускаюсь на табуретку, стоящую в коридоре. Нет сил даже раздеться и уйти в свою комнату.