Пропахшая Асей постель убаюкала нас с сыном за считанные минуты. Я чертовски соскучился по ней. Настолько сильно, что смог ненадолго притупить свою ревность до тлеющего состояния. Отмечаю время на часах и тихо матерюсь. Стрелки давно шагнули за полночь.
«Что же ты творишь, паршивка?» — приглушаю свет ночника и выхожу из комнаты, борясь с желанием подлить масла в костёр, опрокинуть упрямую ниц на колени и выпороть её упругую задницу так, чтобы удовольствие разлилось по ладони жгучим огнём."
"Мелькающая полоска света под дверью притягивает внимание.
Открываю бесшумно дверь, натыкаясь взглядом на тонкую фигурку в коротком летнем платьице. В том же, что видел сегодня днём.
Подавленная, с задумчивым лицом, насыпает заварку в чайник. Не замечая моего присутствия, подходит к шкафчику и на носочках тянется за сахаром к верхней полке. Юбка задирается, оголяя медовые бедра, я замечаю на них желто-зелёные отметины от своих пальцев и схожу с ума от желания прикоснуться к бархатной коже и поцеловать каждый синяк, но мысль о том, что, возможно, она «кувыркалась» с другим в этот вечер, останавливает меня и взвинчивает злость до предела.
— Нагулялась? — разрываю тягостную тишину разочарованным тоном.
— Блять! — вскрикивает, неуклюже рассыпая заварку и прикрывая ладонью рот. Побледневшая оборачивается к двери, задыхаясь от внезапного испуга.
— И как? Хорош Макс в постели? Или вы гуляли за ручку по ночному городу?
Лицо Аси начинает покрываться алыми пятнами, отмерев, она шумно втягивает воздух и зло выплёвывает вопрос:
— Какого черта ты здесь забыл? Ты напугал меня, — шипит разгневанная фурия, принимаясь нервно собирать рассыпанные листья мяты.
— Я пришёл отдать должное — поздороваться с сыном. Где ты шлялась всё это время? — мой голос звучит немного резко, отчего она вздрагивает и недовольно кривится.
Отталкиваюсь от косяка и медленной поступью сокращаю между нами расстояние, сверля её презрительным взглядом. Ася отступает назад, пока не упирается бёдрами в батарею под подоконником.