, Он потянулся через разделяющий их поручень и коснулся рукава ее свадебного наряда — шелкового платья синего цвета. Они с Патрицией купили его во время обеденного перерыва, на этой неделе. Она снова надела его, потому что оно было удобным и стильным, а ей хотелось произвести впечатление на его родственников.
— Свадьба у нас вышла скомканной, — сказал он, — тем не менее невеста была обворожительна.
— Надеюсь, что твои родные тоже так подумают. Ты не рассказал мне, как они встретили новость о твоей женитьбе.
— Они отреагировали именно так, как я и ожидал.
От нее не ускользнула двусмысленность ответа. Она с заминкой прокомментировала:
— Звучит не слишком обнадеживающе.
Он ободряюще потрепал ее по руке, словно она была ребенком, не способным понять сложности взрослой жизни.
— Оставь мне заботы по поводу моей семьи, Кассандра, и сосредоточься на вынашивании здорового малыша.
— Нечего меня так трепать, — резко сказала она.
Он тяжело вздохнул, хотя понять, от усталости или от раздражения, она не могла.
— Справедливо будет сказать, что мои родственники были удивлены.
— И счастливы за тебя?
— Я их не спрашивал.
С возрастающим беспокойством она поинтересовалась:
— Почему же?
— Потому что звонок был коротким, связь плохая. В Италии мы проведем неделю, максимум две.
Хотя он ответил достаточно прямолинейно, она уловила в его словах скрытый подтекст. Жестко сжавшийся рот, нетерпеливые жесты подтверждали ее догадку.
— Они не одобрили, да? — догадалась она. Они не хотят, чтобы ты привез домой жену.
— Какая разница, Кассандра? У них нет выбора, кроме как принять тебя. — Полная отрешенность, с которой он об этом поведал, практически свела на нет те крохи утешительной надежды, которые у нее еще оставались.