Я просто хочу быть счастливой с ним, несмотря ни на что и кажется, у нас получается.
— Папочка, Эмир не дает мне его машинку иглать!
Мы на пляже гуляем. Амели, как обычно дразнит Эмира, а после идет к Бесу жаловаться. Кутаюсь в легкую накидку, ступая босиком по горячему белому песку. В лицо дует теплый ветер. Мне так спокойно и хорошо. Наконец-то я счастлива. Со своим Бесом.
— Птичка, у тебя кукол целая гора. Зачем тебе машинки?
Дети носятся вокруг Тимура, пока он не ловит их обоих и не подхватывает на руки. Его руки зажили через три месяца, но остались жуткие шрамы, которые я иногда целую, слыша рычание зверя.
— В чем дело, Эмир?
Наклоняясь к мальчику, спрашивает Бес, а я любуюсь им. Красивый, высокий крепкий мужчина, Тимур привлекает к себе, как магнит притягивает и я ночами отлипнуть от него не могу.
Мы как голодные звери и это не проходит. Все насытиться не можем, любим сильно и Бес делает все для того, чтобы я забывала о страхе, оказавшись с ним наедине, потому что я в ласке его купаюсь, в нежности и страсти, от которой живот таранят миллионы бабочек.
— Папа, скажи Амели, чтоб не дразнила.
— Папочка, он вледный!
Слышу заливистый смех детей, которых целует Тимур как раз в этот момент.
— Эмир, она маленькая. Будь мудрее с сестрой. Поделись.
— На. Мне вообще не жалко!
— Давайте, руки пожали и бегом к маме.
Насупившаяся Амели начинает громко гоготать, когда Тимур щекочет ее и быстро пожимает руку Эмиру, после чего муж их отпускает и дети несутся ко мне, как маленькие ураганы.
"Накормив детей, мы с Тимуром остаемся вместе на террасе. Мы часто вместе. Иногда молчим, иногда говорим. Обо всем на свете, хотя часто Бес просто слушает, как я тараторю, но даже так постепенно я узнаю его душу.
Не ошиблась я, хоть и боялась сильно сделать ошибку. Есть у зверя сердце и душа, она просто за таким жестким панцирем спрятана, который Бес только для меня приоткрывает.
— Ты хочешь вернутся к музыке, Ась?
Я сижу рядом с Бесом, положив голову ему на плечо.