Догадался, наверное, что у меня на уме, потому что выкрикивает мое имя.
Я попрошу у него прощения за то, что напугала его. Потом.
Я ставлю ногу на педаль газа и разворачиваю свою машину поперек улицы, блокируя машину мэра. Та растерянно оглядывается через плечо и видит, что подать назад ей мешает машина соседа. Сирены завывают уже совсем близко, всего-то в четверти мили. Сирен много. Майлз бьет кулаком по крыше машины мэра и приказывает ей вылезти с поднятыми руками, но она не подчиняется, а смотрит на меня и кричит, чтобы я убралась с дороги.
Мгновение – и мэр сдувается, от ее воинственности ничего не остается, она бессильно запрокидывает голову. С катящимися по щекам слезами она поднимает руки, демонстрируя пустые ладони.
– Ты с ума сошла, Тейлор? – Он отводит меня в сторону, подальше от мэра и полицейских, надевающих на нее наручники, заслоняет их от меня.
– Господи… – бормочет Майлз, зарывшись лицом в мои волосы. – Что ты вытворяешь?
Я отвечаю не слишком внятно, прижавшись лицом к его плечу:
– Хорош на меня орать!
– Хочу – и буду орать. Ты мне соврала. Тебе было сказано отъехать и не появляться.
– Нет, ты просил меня уехать на край квартала.
Нет, сейчас явно не лучший момент для смысловых нюансов.
Он с невеселым хмыканьем тянет меня в сторону, и я понимаю, что его дурной нрав здесь ни при чем. Я заставила его здорово понервничать. Он бледный как привидение, рубашка мокрая от пота.
– У нее могло быть другое оружие в машине или при себе. Мы бы все равно рано или поздно ее задержали. Лайза осталась цела. Тебе не обязательно было собой рисковать."
"С его словами не поспоришь. Он прав.