В последнем наряде вместо нормальной юбки несколько длинных кусков ткани, не соединённых между собой. При ходьбе открывавших ноги в получившихся разрезах, а корсаж спереди на шнуровке, и плечи с руками вообще открыты. В городе ни один из них, конечно не наденешь – слишком откровенные. Здесь же, где никого нет и кругом только природа… Эни ужасно смутилась, поняв вдруг, что выбор Уинхилда ей нравится. Очень хотелось примерить вот это, второе, из кружева. Пусть оно и такое… пикантное. И девушка решительно сдёрнула платье с вешалки.
– А остальное где? – она посмотрела на невозмутимого Уинхилда.
– Какое остальное? – переспросил маркиз с искренним недоумением. – Что ты имеешь в виду, звёздочка?
– Ну… – Эни почувствовала тепло на щеках, разгладила складку на платье. – Чулки… бельё… – жарко стало всему лицу, и она окончательно смешалась, замолчав.
– А надо, девочка моя? – вкрадчиво поинтересовался Уин, и его голос раздался ближе.
Эона вздрогнула, чуть не уронив платье, сердце отчего-то забилось быстрее.
– Давай, Эни, а то солнце скоро сядет и красоту пропустим, – маркиз настойчиво потянул за полотенце, и юная леди обречённо поняла, что он явно настроен помочь ей одеться.
Глава 3"
"В комнате царили сумерки, ламп Уин не зажигал, но закатное солнце освещало достаточно, чтобы Эни охватило смущение. Да, совсем недавно он видел уже её обнажённой при свете дня, но… но… Она всё равно стеснялась. Однако одновременно удержать платье и полотенце не представлялось возможным, и Уинхилду удалось с тихим смехом стянуть с неё единственный предмет одежды.
– Давай, расчешу, – неожиданно предложил Уин, и его пальцы коснулись висков Эни, провели по волосам, зарылись во влажные пряди.
Она выдохнула, сердце пропустило удар. От размеренных, аккуратных движений почему-то пробирала дрожь, и хотелось выгибаться, как кошке, которую чешут за ушком. Эни прикрыла глаза, прикусила несильно губу, скомкав юбку в кулаке.