Прикосновения расчёски к голове были ужасно приятными, а лёгкий массаж, последовавший за расчёсыванием, погрузил в состояние умиротворения и расслабленности. Потому, когда тёплые ладони легли на плечи, скользнули вдоль рук и нежно обхватили грудь, прикрытую всего лишь одним слоем кружева, Эни вздрогнула от неожиданности и всплеска ощущений. Соски тут же напряглись, мягкая ткань защекотала ставшую очень чувствительной кожу.
– Ужин ждёт, – шепнул Уинхилд и ласково поцеловал в порозовевшее ушко.
Он отстранился, взял девушку за руку и потянул за собой.
– Садись, – Уин подтолкнул её к дивану, а сам направился к столу.
Эни послушно подошла, опустилась, подобрав под себя ноги – пол кстати действительно оказался тёплым, как говорил маркиз. Взгляд леди Аметист упал на кольцо на пальце, и она вспомнила, что хотела ещё спросить.
– Как у тебя это кольцо оказалось? – Эона пошевелила пальцем, полюбовалась переливами света в рубине.
– Правда? – перебил весело маркиз с изрядным ехидством в голосе. – А почему тогда оно выпало из твоего кулачка, когда я забирал тебя из экипажа?
И бросил на неё взгляд через плечо.
– Ой, – пробормотала Эни, поспешно спрятав руку под лиловым кружевом.
Неужели она каким-то образом забрала кольцо и не помнила, когда? Насколько же отстранённой Эона была в день своей свадьбы… Лорд Рубин прошёлся по помещению, зажёг лампы, и стало уютнее, жёлтый свет смешался с разноцветным из окон.
– Так когда тебя отпустили домой? – как можно небрежнее спросила Эона, обхватив колени руками и наблюдая за маркизом.
Он, достав из ящика вилки, бросил на собеседницу хитрый взгляд, усмехнулся и невозмутимо ответил:
– Где-то неделю назад.