Правда, не настолько плохо, как Бэсси Берналь…
На это Джеймс отмахнулся, заявив, что Бэсси выживет при любом раскладе, даже если в леди Берналь попадет зарейнское пушечное ядро. И лорд Сторас, выкладывавший ему последние новости, сдавленно усмехнулся.
Но тут же добавил, что сегодня Агата Дорсетт выглядела очень бледной, это отметили многие. Открыла с королем бал, но в скором времени ушла в свои покои, сопровождаемая графиней Идасской, герцогиней Варден и десятком пуделей.
Услышав это, Джеймс поблагодарил лорда Стораса и решительным шагом отправился в центральное крыло.
С приставленной охраной проблем не возникло — ему хватило недовольно качнуть головой, и они тут же расступились, — но тут на его пути встали горничные, заявив, что леди Корнуэлл плохо себя чувствует. Она давно уже легла спать и просила никого ее не беспокоить.
Поэтому не стоит ее беспокоить!
Но Джеймс сломил и их сопротивление, заявив, что кому как не ему — Высшему Магу — судить о самочувствии Агаты Дорсетт.
Но, миновав растерянных горничных, он столкнулся с куда более достойным противником. В Малой Гостиной в покоях Агаты он обнаружил двух пожилых дам, коротавших вечер за виски, вистом и вязанием шарфов своим правнукам.
Они-то и заявили ему, чтобы он убирался. Причем сейчас же!
Вернее, не лез не в свое дело, если у него нет серьезных намерений. И нет, ни о каком ночном осмотре не может идти и речи. Они не позволят запятнать репутацию леди Корнуэлл — и разбуженные пудели графини Идасской тут же ответили заливистым, недовольным тявканьем.
На это Джеймс смело заявил, что его намерения самые что ни на есть серьезные, хотя прекрасно понимал, что тем самым он подкинет дров в дьявольский костер. Вернее, даст почву для бесконечных дворцовых сплетен и слухов.
Зато узнал, что у Агаты всего лишь разболелась голова и этот самый осмотр ей нисколько не нужен. Помощь тоже не нужна, потому что ее уже напичкали пилюлями и успокоительными настойками.
Поэтому не стоит ее беспокоить! И вообще, где это видано, чтобы молодые люди в полночь навещали королевских избранниц?
Сказав это, старушки уставились на него глазами строгих судей, готовых вот-вот вынести ему самый строгий приговор. Но не успели — Джеймс спешно покинул «зал суда», не забыв пожелать графине и герцогине приятного вечера.
Ушел, размышляя, что стало причиной плохого самочувствия Агаты.