Но как вы убедите тех, кто постоянно окружает государя денно и нощно и уверен в своей высшей ценности и значимости? Ведь именно их привилегии вы собираетесь ущемлять. Да вас живьем съедят!"
"– Знаю, Андрей Августович, но по-иному нельзя. И боюсь, что Государыне Императрице Марии Федоровне придется сперва взять на себя куда более тяжелую миссию, поскольку вскоре начнутся коллизии с больным Цесаревичем – именно ей предстоит протолкнуть через госсовет отрешение тяжело больного ребенка от наследования престола.
– Честь имею, Михаил Васильевич! – откланялся Эбергард, – а теперь позвольте пойти и обдумать ваши слова. Мы-то, немцы, привычны к порядку, так что за себя я не боюсь, но для большинства русских это будет шоком.
– Честь имею, Андрей Августович, – откланялся я в ответ, – а куда они денутся с подводной лодки? Земля-то маленькая… и круглая. А их дети и внуки нам еще и спасибо скажут.
– Не скажут, – повернулся от дверей Эбергард, – они же никогда не узнают, из какой кровавой трясины вы их вытаскиваете.
– Не скажут, так не скажут, – согласился я, – не за спасибо работаем – за идею!
25 марта 1904 года, 19:42 по местному времени.
Командир АПЛ капитан 2-го ранга Александр Степанов, 40 лет.
Уже две с половиной недели мы возле Цусимы пасем господина Камимуру с его крейсерами и пытаемся блокировать пролив по части воинских перевозок. Правда, пока не подошел Владивостокский отряд (это произошло неделю назад) под командованием адмирала Иессена, последнее у нас получалось плохо.