— Отец, он давно не ребенок, — усмехается Джин, не уводя взгляда. — Он жив-здоров и проводит все свое время в постели того альфы. Потому что Юнги шлюха, а ты вечно его прикрываешь, — Джин не успевает договорить, как получает звонкую пощечину. Ши Хек вскрикивает и подбегает к сыну.
— Вот и сейчас, — Джин держится ладонью за щеку. - Ты защищаешь эту проститутку. Поверь мне, если бы ему не нравилось у того альфы, он бы как минимум сбежал. Юнги мастерски водил за нос всю твою охрану и всегда мог улизнуть, если хотел этого.
— Умоляю, не нервничай - тебе нельзя. Весь этот месяц мы живем в аду. Может, Джин прав, может, стоит расслабиться и пустить все на самотек? Может, с Юнги и вправду все хорошо там, — Ши Хек зарывается ладонью в волосы мужа и, спустившись к шее, легонько ее массирует.
— Ты не понимаешь. Тот альфа, он угрожает убить Юнги. Он мучает моего сына и даже не скрывает этого. Хвалится передо мной. Я уверен, что мой ребенок страдает, и я уверен, что, если бы это было в его силах, он бы вернулся. Он не остался бы там ни на минуту дольше. И я поражаюсь той ненависти, которую даже не скрывает Джин, — устало произносит президент.
— Джин страдает, это просто его защитная реакция. Ты ведь знаешь, как он любит тебя и брата. Ты и так никогда не уделял особого внимания старшему, а с пропажей Юнги ты вообще только и делаешь, что думаешь и говоришь о нем.
Супруги выпивают по чашечке чая, потом Чжун идет спать, а Ши Хек поднимается к сыну. Джин сидит посередине постели и говорит со своим другом по телефону.
— Больно было? Почему лед не приложил? — озабоченно оглядывает лицо омеги старший."
"— Это ничто по сравнению с той болью, которую он причиняет словами, — Джин шмыгает носом, сильнее прижимается к отцу. — Почему вы не понимаете, что это все был план Юнги. Заполучить себе богатого и сильного альфу и представить себя при этом жертвой.