Омега неосознанно задерживает дыхание, срываясь на прерывистые рваные вдохи-выдохи, когда легкие уже начинает обжигать холодным огнем, расплавляя по всей поверхности уродливые дыры - не вдохнуть, не выдохнуть, а потому он только мелко дрожит от боли и вздрагивает от особо глубоких толчков.
— Никто, больше никто и никогда даже не посмотрит в твою сторону, — шепчет альфа в ухо омеги. — Поэтому смотри и запоминай, сука, кто тебя трахает."
"Намджун смыкает челюсть на шее Юнги и прокусывает нежную кожу.
Тут будет реклама 1
До крови, оставляя четкий след. Стальной хваткой удерживает в кольце своих рук, вжимает дернувшегося омегу в постель, не дает шевельнуться. Слизывает выступившие капли крови и любуется наливающимся черным, словно маленькая паутина, узором на шее.
— Нет… - надсадно хрипит Мин. — Что ты наделал… — Он еле шевелит губами, все еще не в силах поверить в то, что альфа его пометил. — Что ты наделал? — Юнги срывается на крик, бьется в руках альфы и пытается вырваться.
Юнги словно летит в пропасть.
Тут будет реклама 2
Вся его сила, все его принципы и устои, на чем он кое-как держался последний месяц — все испаряется. Юнги кажется, что все, что от него осталось — это зажатое в руках Намджуна тело. И оно омерзительно. Юнги ненавидит себя, свою сущность, свою слабость и неспособность постоять за себя. Ему начинает казаться, что его, как личности, больше нет, и смерть после этого не кажется чем-то стыдным и страшным. Он ведь теперь и так никому не будет нужен. Чимин больше не взглянет на него.
Тут будет реклама 3
Никто больше не подойдет к помеченной омеге. От осознания того будущего, которое его ждет, все те ремни, словно держащие парня целым, лопаются и разлетаются, и слезы брызгают из глаз Юнги. Он смотрит. Он делает то, чего требовал Ким, ломая его палец: он смотрит, не отрываясь, но не видит. Юнги ничего не видит перед собой от застилающих глаза слез.
— Тот, о ком ты думал, бракованную омегу больше не примет, да? Поэтому ты плачешь?
Намджун даже не понимает, как его слова, точнее слово «бракованный», делают больно Юнги.
Тут будет реклама 4
Всю жизнь омегу преследовало это проклятое слово, и всю жизнь он ему сопротивлялся, но теперь уже все. Сейчас Юнги всего лишь изломанная, выброшенная и никому не нужная кукла. Бракованная. Это официально теперь его первое имя. Ким замирает на секунду, смотрит на задыхающегося паническими рыданиями парня и злится.
— Ты, сука, я тебе палец сломал, бил тебя, но ты не плакал.
