Как и оснащение кораблей новыми радио– и гидролокаторами, резко превосходящими предыдущие образцы – но даже «Тамир-9» по своим возможностям уступает акустике К-25 очень сильно. Обнаружение «на слух» надводной цели дальше, чем радиолокаторы «Ворошилова», такого просто не может быть! И столько технических новинок, соединенных вместе, это невероятно. В то же время все надписи на оборудовании по-русски. Загадка!
И люди? Командир, Лазарев, проговорился, что он «потомственный военный моряк, в третьем поколении».
Тогда в семнадцатом он должен быть гардемарином, а дальше? Если он после служил в РККФ, и успешно, раз получил контр-адмирала – то я должен был его знать! Да и не помню я этой фамилии среди «их благородиев» царского флота. Ладно, я уже после на море пришел, – но у Басистого спрашивал, он еще до революции начал служить, матросов тогда заставляли заучивать фамилии всего вышестоящего начальства, да и на берегу встречаясь, обменивались, «этот добрый, без дела в морду не бьет, а этот – сущий дракон».
Мог быть среди тех, кто в двадцатом с Врангелем в Бизерту ушел, там Морской корпус еще работал, и даже один или два выпуска сделал. А после – его товарищи чекисты завербовали, нашли еще какого-то гениального ученого, как в каком-то романе у Беляева, и сумели на американской верфи такое чудо построить и в СССР перегнать?
Нет – случалось мне общаться даже с теми из бывших, кто за Советскую власть – и преподаватели в Академии, в двадцатые, и такие легендарные личности, как Иванов Модест Васильевич, капитан первого ранга, которого сам Ильич успел произвести в адмиралы, до того как звания отменили, или лейтенант Кондратьев, командир линкора «Заря Свободы».
Наши они были, без всякого сомнения, – но все равно было заметно, что они не такие, как мы. Пусть даже в виде «мы должны вести народ за собой к благу» – никак не выбить из них это «мы» и «народ». И обращение «товарищ» у них звучало с напрягом – каста, что делать, привыкли.
А уж «товарищи офицеры», уже год как ввели, вместе с погонами, а до сих пор очень многие выговорить не могут, предпочитают «товарищи командиры», как прежде. А у этих, на К-25 – как от зубов отлетает. И они тоже иные, но по-другому – слова всякие в речи мелькают, на американизмы похожи. Но Лазарев, что любопытно, сказал, что он ленинградец! Не «питерский». И в самом деле, в Ленинграде жил – я ему пару вопросов с подколкой задал, он усмехнулся и поправил.
