Через десять минут нас на поверхности быть не должно! Спецназ со всем имуществом уже на борту, наш штатный бот убрали, как и две надувные лодки, с оставшихся в темпе откручивают моторы, и последние святые гости в люк лезут. Ну вот, все вниз, к погружению! Успели. Теперь поохотимся!"
"Можно было и не ввязываться в бой? Так цели прямо перед нами, и маневрировать не надо. Для верности, стреляем четырьмя, с наведением на кильватер, и сразу отворачиваем к югу, в море, уходим на глубину, прибавляем ход. Слышим три взрыва – опять одна не сработала или не захватила цель.
А если бы не успевали? Пришлось бы тогда с дальней дистанции стрелять «шестьдесят пятыми». Ужасное расточительство – тратить уникальные торпеды из двадцать первого века на какие-то миноносцы, но в данном конкретном случае – сам папа с кардиналами у нас на борту – стоит того.
Хотя эта святая братия для нас огромная головная боль! Насколько легче было взять группу осназа – свои в обоих смыслах, и отписываться после не придется, что они могли на сверхсекретном корабле увидеть, и вести себя на подлодке умеют, проблем не создадут. И ведь вроде как союзники – никак нельзя им мешок на голову и в выгородку грязного белья сунуть под замок.
Ладно, полсуток переживем. Двести пятьдесят миль до Специи, и Корсиканским проливом мы уже ходили не раз, хрен нас кто остановит.
Папа с корабля – командиру легче.
Лазарева Анна, комиссар госбезопасности 3-го ранга, начальник департамента внутренней разведки (именуемой в просторечии инквизицией). Москва, 1965 (альт-ист)
Еще один правдоискатель. Или разгребатель грязи, что больше подходит.
Как товарищ Сталин умер в прошлом году, так началось. Нет, не развенчание культа, как в иной истории, и даже оттепелью не назвать – но среди творческой интеллигенции стали появляться такие, кто жаждали рассказать, «как было на самом деле».
Мы, «инквизиторы», с ГБ работаем в тесной связке, но все же другое учреждение, с несколько иной целью: по возможности мягко пресечь, если наш человек ошибся, оступился, помочь встать на путь истинный – если не явный, сознательный враг.