— Назад, к деревьям! — рявкнул он и положил один бочонок на другой. — Молодцы, парни!
Он схватил следующий бочонок и стал складывать пирамиду.
Теперь на укреплении над ними толпились кричащие арабы; они открыли огонь из мушкетов по людям Дэниела, которые старались уйти под защиту деревьев. Был ранен еще один; он лежал на открытом месте и стонал; пули поднимали вокруг столбики пыли: это стрелки на стене пытались покончить с ним. Моряки из-под деревьев открыли ответный огонь.
Пули ударяли в каменные блоки, и на тех, кто пригнулся у массивных ворот, сыпались обломки кораллов.
Хэл наклонился к Большому Дэниелу. Тот уложил в пирамиду пятый бочонок. Он подул на дымящийся конец фитиля, который держал в руке: пламя ярко разгорелось.
— Убирайся, Дэнни, — велел он рослому моряку. — Дальше я сам.
Но в руке у Большого Дэниела тоже дымился фитиль.
— Прошу прощения, капитан, я помогу вам поцеловать дочь дьявола.
Он наклонился и поднес огонь к другому фитилю.
Хэл, не тратя времени на споры, продолжал выполнять ту же задачу.
Они не спеша подожгли все пять фитилей и убедились, что те горят ровно.
К этому времени на стене над ними собралась половина гарнизона крепости; арабы стреляли по краю леса. Четыреста английских моряков кричали, бранились и давали ответные залпы по укреплениям.
Хэла и Большого Дэниела защищала от них слегка нависающая стена, но на обратном пути, как только они покинут это убежище, они станут уязвимы.
Хэл бросил последний взгляд на яростно горящие фитили — каждый из них высовывался из бочонка всего на дюйм с небольшим — и встал.
— Думаю, нам пора.
— Не вижу причин задерживаться, капитан.
Большой Дэниел улыбнулся, показав беззубые десны, и они вдвоем выбежали на открытое место.
Выстрелы позади сразу загремели вдвое чаще: каждый араб на стене пытался попасть в бегущую пару. Тяжелые пули свистели у самой головы и взрывали песок у ног. Из-за деревьев моряки подбадривали бегущих и стреляли по стенам.
— «Серафим»! — кричали они. — Давай, Дэнни! Бегите, капитан!
Хэлу казалось, что время замедлило течение.
Потом Дэниела ранили сразу двумя пулями. Одна попала под колено, раздробив кость, и нога сложилась под боцманом, как линейка плотника. Вторая угодила в бедро и расколола головку кости. Дэниел упал на песок; обе его ноги бессильно дергались.
Хэл пробежал четыре шага, прежде чем понял, что бежит один.