Принц положил руку на плечо Дориана и осмотрел лица приближенных.
— Своей сообразительностью и проворстом этот ребенок спас мою жизнь и жизнь корабля, — сказал он. — Кто-нибудь из вас еще сомневается в том, что он рыжеволосое дитя из пророчества?
Он положил руку на блестящие кудри Дориана и по очереди, одному за другим, посмотрел приближенным в глаза. Никто не смог выдержать его взгляд.
Первым заговорил мулла.
— Это чудо святого Теймтейма! — воскликнул он. — Я провозглашаю Святое Слово! Это дитя из пророчества!
— Это пророчество! — подхватили все.
По-прежнему держа руку на голове Дориана, принц отчетливо сказал:
— Да будет всем известно, что я признаю этого мальчика своим приемным сыном. Отныне он будет называться аль-Амхара ибн аль-Малик — Рыжий, сын аль-Малика.
Мулла улыбнулся хитрости своего господина. Признав мальчика сыном, тот подтвердил пророчество святого. Но должны быть выполнены и другие условия, прежде чем принц получит награду, обещанную старым святым.
— Такова воля Аллаха! — воскликнул мулла.
И все хором подхватили:
— Аллах велик!
Впрочем, и без похвалы принца за недели, проведенные в море, Дориан сумел завоевать привязанность всех членов экипажа.
Всем было ясно, что появление мальчика стало добрым предзнаменованием, и каждый втайне надеялся, что обещанное в пророчестве коснется и его. Когда Дориан проходил по палубе, даже самые очерствевшие и злобные моряки улыбались и болтали с ним или притрагивались к его волосам, на удачу.
Кок специально для него готовил сласти и засахаренные фрукты, прочие матросы оспаривали друг у друга внимание мальчика и делали ему разные мелкие подарки. Один даже снял амулет, который носил на шнурке на шее, и надел на Дориана.
— Пусть он защитит тебя, — сказал матрос и сделал знак, отвращающий зло.
— Маленькая обезьянка с львиным сердцем, — ласково называл его Фуад, капитан, и после вечерней молитвы приглашал Дориана вместе посидеть у руля.
Эти арабы были жителями пустынь и океана.
Всю жизнь они проводили под шатром небес, и звезды всегда сияли у них над головой. Они столетиями изучали их, и теперь капитан делился этими знаниями с Дорианом. Редкий дар предлагал он ребенку.
Дориан зачарованно слушал, и его поднятое лицо озарял небесный свет.