Сошли на берег под знаменитой горой, чья плоская вершина всегда накрыта скатертью — неуходящим белым облаком.
С последнего их посещения мыса Доброй Надежды поселок заметно вырос. Меры Голландской Ост-Индской компании против продажи земли иноземцам или поселения их на территории поселка были такими же строгими, как и меры Компании английской. Однако Том вскоре понял, что если передать в руки нужному чиновнику несколько золотых гульденов, эти законы легко обойти.
После необходимых расходов бюргеры оказали им очень теплый и доброжелательный прием, тем более что «Кентавр» был тяжело нагружен и голландские купцы чуяли прибыль.
На Кейпе они собирались пробыть до окончания сезона дождей на Берегу Лихорадок. На «Кентавре» было тесно, постоянная качка корабля неприятна, и поэтому Том нашел для них с Сарой жилище в маленьком пансионе у огородов Компании. Пансионом управляла отпущенная на свободу малайская женщина, которая оказалась замечательной поварихой и хозяйкой.
В первую неделю Том навестил всех купцов, чьи склады выстроились вдоль берега залива, и обрадовался, обнаружив очень большой спрос на слоновую кость.
Том и Аболи потратили почти всю свою долю на покупку необходимых припасов для следующего сезона в Форте Провидения и товаров на продажу, нашедшихся на складах колонии.
Том выдал Саре из приза пятьдесят фунтов, которые она использовала для покупки себе приданого. В него вошли небольшой клавесин и детская колыбель на деревянных полозьях, которую Сара украсила венками и хором херувимов.
Весь экипаж присутствовал на службе в маленькой церкви в огородах, где обвенчались Том и Сара. После церемонии новобрачных на руках отнесли в их дом, всю дорогу пели и усыпали их путь лепестками роз.
"В одной из береговых таверн Аболи отыскал голландца по имени Андриес ван Хотен: тот приехал из Амстердама искать золото для Голландской Ост-Индской компании.
— Я прочесал горы вплоть до Стелленбоша, — рассказал Хотен Аболи после того, как третья кружка эля без усилий проскользнула в его желудок, и его кадык запрыгал вверх и вниз на красном сморщенном горле. — В этой проклятой дьяволом колонии нет золота, но я чувствую его запах на севере. — Он принюхался.